– Потрясающая голова!
– сказал японец.
– Невиданная голова с самыми свежими мозгами, какие только есть на земле. Скажи-ка, моя милая, ну откуда у тебя такие свежие мозги, а?

– Сама не знаю, - отвечала достойная Лиззи.

Клетку с Шамайкой выставили во двор, защитив её от ветра и дождя, и стали кормить кошку маслянистой пищей.

– Главное условие успеха, - толковал японец, - маслянистая пища. Скажи-ка, Джим, ты покормил сегодня кошку маслянистой пищей.

– Масло сам слопал, а кашу киске отдал, - ворчала Лиззи.

– Неправда, мэм, я не лопал масло. Негры вообще не едят масло в это время года.

– А почему же тогда киска не толстеет?

– Какое противное слово «киска», - обижался негр.- Сказала бы ещё «киса».

– Киса - это твоя рожа, когда ты объешься маслянистой пищей, - недружелюбно пояснила Лиззи, которая, как мы давно заметили, была по натуре грубовата. Я бы даже назвал её неотёсанной, если б она не была так худа.

Снова подкатила зима.

Холодные ветры трепали шерсть Шамайки, мех её становился все пушистей и краше. Делать кошке было совершенно нечего, и она бесконечно лизала свою шубу, и с каждым взмахом кошачьего языка шкура её приближалась к совершенству.

Тут вдруг и Простуженная Личность пожаловала в лавку японца. Личность эта потрясающе чихала и тащила на спине огромный мешок.

– С вас два доллара, сэр, - сказала Личность, начихавши на всех окрестных кроликов.

– Два долларами!
– восхитился японец.
– Ну, этого даже я не ожидал. Вываливай!

– Советую запереть двери, сэр, - сказала Личность, скидывая на пол мешок, из которого неслись вопли.

Джим запер дверь, и из мешка стали выскакивать коты и кошки всех возрастов, мастей и общественных положений. Рябые и рыжие, пятнистые и гиенистые, трущобные и хозяйские, заметались они по лавке, завыли, замяукали. Большинство ринулось к выходу, и Джим отгонял их лопатой, яростно, по-собачьи рыча. Джим - наивная душа - про что думал, в то и превращался. И сейчас он превратился в собаку, и на эту собаку с лопатой стоило поглядеть.

– Никак не могу, сэр! У меня появилось совершенно собачье настроение.

– Кошек тут много, - сказал японец.
– Но я не вижу здесь двух долларов. Вот это Молли - кошка мадам Дантон, а это рыжий Крис господина У-туулина. Двадцать центов долой! Кошек придётся вернуть владельцам.

– Ничего подобного!
– спорила Личность.
– Я не дурак, хоть и простужен. Я прекрасно понимаю, что вы вернёте их за приличное вознаграждение.

Личность кое-как удовлетворили, вытолкали на улицу и стали сколачивать клетки.

Скоро рядом с клеткой Шамайки выросли на улице ряды решеток, за которыми кошки трущобные и помоечные обжирались рыбными головами.

– А по-моему, все это зря, сэр, - говорил Джим.
– Весь этот сброд никуда не годится. До Шамайки им далеко. Ну какой мех из этой твари. Интересно, где он такую дохлятину изловили.

– Джим, ты негр и поэтому ничего не понимаешь. Мы продадим этот мех, но мы скажем, что это выхухоль! Ха-ха! Ты понял наконец всю глубину моей затеи.

Японец смеялся и хлопал Джима по чёрным плечам.
– Ну а вот эту образину за кого мы выдадим?

– Эту вот?
– Японец крепко задумался, разглядывая кошку, которая смахивала на смесь обезьянки с гиеной.
– Действительно, задача. Ладно, что-нибудь придумаем, скажем, что это какой-нибудь гималайский еноторог. Джим, поверь мне, нам очень помогут жмыхи! Жмыхи, Джим, жмыхи! Я привёз два пуда специальных жмыхов, нажатых из рыбьей требухи! Это чудо какое-то1 Да ты вот сам попробуй.

Джим запустил руку в какой-то сомнительный мешок с надписью «Карасий жмых», отведал серого вещества, зачмокал и засопел.

– Ох, маса-маса, дорогой сэр, - сказал Джим, - давай всех кошек выгоним, а жмыхи сами съедим.

К концу зимы трущобные кошки подразгладились, распушились. Жмыхи и холодный воздух помогли этому малосимпатичному делу - выращиванию кошек на мех. Коты обжирались жмыхами, и к началу марта у них появилось адское желание петь и выть по ночам. Начались невероятные концер- ты и рапсодии, весь мир вокруг японца замяукал. Мяукала подушка, когда он ложился спать, мяукало одеяло, мяукали канарейки и кролики, и даже негр Джим замученно и хрипло примяукивал.