— О да, Макс, это очень захватывающе. Вы разговаривали!

— Погоди, Конни, мне не до шуток. Мне на ней всего щесть лет.

Тарелка выскользнула у меня из рук, но я успела поймать её прямо перед полом. Вот это номер! Вот это поворот событий! Что-то внутри головы подозрительно зачесалось, ведь помню, знакома мне эта история!

— И самое странное, что я этого разговора не помню. Конечно, я озадачился этим и долго прокручивал все, что вспомнил о том дне. Я вспомнил только то, что на следующий день у меня сильно болела голова. А от чего можно испытывать недомогание, если не помнишь вчерашний день?

— От похмелья?

— Конни, ты еще маленький, и ничего не понимаешь! — бьюсь об заклад, сейчас Макс закатил глаза. — Это было из-за гипноза. Габриэль применила на мне гипноз, чтобы я не помнил о том, что видел её. И я действительно не помню этого. Габриэль скрывалась, это очевидно. Также мы проследили, куда она пошла. Мы не смогли вычислить нужный коридор. Но интуиция мне подсказала проверить один мир, и я оказался прав. В тот день только единожды открывалась дверь в этот мир и именно в определенный город.

Что? Черт! Почему мне это так знакомо? Де жавю — страшная штука!

— И какой же?

— Подумай.

— Я тебе не гадалка! Картишки раскидывать не умею и по кофейной гуще не гадаю! Говори давай, интриган.

— Дверь открывалась на Землю. Также я проверил учетные записи того дня. Вошли в дверь двое, и вышел только один.

— То есть, ты хочешь сказать…

— Да. Аня — это пропавшая дочь Габриэль.

Я выронила тарелку. Тот сон… Тарелка упала на пол и с грохотом разбилась.

Габриэль моя мать?! Что за чушь??!

В кухню вбежали Конни и Макс.

— Аня, с тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Конни. Он бросился поднимать осколки, а Макс стал проверять меня на наличие порезов. — Что-то ты плохо выглядишь.

В другой момент я была бы безумно счастливо от его прикосновений, но я была не в состоянии не то что радоваться, я даже соображать связно не могла.

— Не может быть… — прошептала я.

— Аня, да что с тобой, в конце концов, ты можешь нормально объяснить? — Макс взял меня за плечи и заглянул мне в глаза.

Его теплые желтые глаза начали выводить меня из ступора, но когда я снова стала хоть что-то мыслить, то сразу приняла реальность такой жестокой, какая она всегда была для меня. Ведь Макс смотрит не на мое лицо. На лицо Габриэль. Он держит не мои плечи — её. Смотрит не в мои глаза…

Глаза стало предательски щипать, я сильно зажмурилась и с ненавистью вырвалась из его рук.

— Нет, нет!

Я кинулась со всех ног наверх, в спальню. Ворвавшись в комнату, прижалась спиной к двери. Долго стоять я не смогла, ноги дрожали, я устало опустилась на корточки. Слез я уже не замечала. Что за бредятина? Где этот солнафон разыскал весь этот бред?! Это просто невозможно! Мы просто похожи, вот и все! Я прижала руки к лицу, пытаясь так спрятаться от внешнего мира. Зачем они вообще меня приволокли сюда?! Что я тут забыла? Жила себе спокойно, простая девочка со странностями, никого не трогала, а тут такое выясняется… чушь… бред!..

— Что, узнала правду? — я убрала руки от лица. Напротив меня на кровати сидела Маришка. — Понимаю, не приятно правду узнавать, я вот жизни от этого лишилась.

— Что тебе надо от меня? — прорычала я, с силой сжимая кулаки.

— Я пришла выполнить обещание до конца.

— Какое обещание?

— Обещание, чтобы ты все узнала, узнала правду. Знаешь, о чем сейчас спорят твои друзья?

— Нет… И знать не желаю!

— Они говорят о тебе.

Я недоуменно уставилась на призрака.

— Ври больше.

— Не веришь? — прищурилась она. Я вытерла слезы тыльной стороной ладони. Маришка сидела уже прямо перед моим носом. — Пошли, послушаешь.

Она положила руку мне на плечо и в следующее мгновение мы стояли в коридоре.

— Не волнуйся, они тебя не увидят. У тебя хороший слух, ты все прекрасно услышишь отсюда.

Она указала рукой в сторону лестницы. Я прислушалась. Действительно, я слышала все до мельчайшего вздоха, но Макс рассказывал Конни о цели своего приезда, мне итак все это было известно.

— Мне это надо? — вдохнула я, радуясь, что ничего из ряда вон выходящего они не обсуждали, и попыталась уйти, но ноги меня не слушались. — Что за…

— Стой и слушай, — тихо сказала Маришка и исчезла.

Я снова попыталсь сдвинуться с места. Бесполезно! Мои ноги намертво приросли к полу.

— Соль привез? — вяло спросил Конни.

— Конечно. Так что с тобой случилось? Отчего ты такой хмурый?

— А ты от чего такой веселый?

— Просто хорошее настроение оттого, что я, наконец, разгадал эту загадку, которая тревожила меня с того момента, как я увидел Аню. Разве это преступление?