Шрифт:
Иллюзионист залез в ящик, доходивший ему до середины бедра, и, встав на колени, просунул руки наружу сквозь два отверстия. Мастер тут же защелкнул на них наручники.
– Вы готовы к магии?! – спросил Данила в поднесенный ему Наталкой микрофон.
Толпа нестройно выдохнула в ответ что-то похожее на: «А-а-а!!!», что можно было посчитать за согласие.
– Тогда смотрите очень внимательно!
Мастер накрыл ящик крышкой и повесил на него с каждой стороны по замку. Сам ящик был установлен на тонкой платформе, к которой, в свою очередь, были прикреплены четыре металлические цепи.
Гул мотора возвестил о начале подъема. Платформа с установленным на нем ящиком взмыла в воздух и замерла метрах в двадцати над сценой.
Отмычка наконец справилась с замком, и сначала одна, а затем и вторая рука скрылась внутри ящика.
– Вы готовы?! – раздался с небес усиленный динамиками голос иллюзиониста.
– Да-а-а!!!
Мастер потянулся к пульту управления. «Еще секунд десять…»
БАБАХ!!!
ОН НЕ УСПЕЛ ДОТРОНУТЬСЯ ДО КНОПКИ!
В воздухе снова что-то рвануло, ударяя по барабанным перепонкам и вгоняя в столбняк онемевшего от ужаса Петра.
То, что никого не покалечило обломками разлетевшегося ящика, можно было отнести к счастливой случайности. Платформа опасно раскачивалась на двух уцелевших цепях, грозя в любой момент обрушиться на головы внизу стоящих. Народ радостно завопил. «Они ничего не поняли». Мастер вышел из ступора и заорал восторженно глядящему в небо крановщику:
– Опускай! Быстро!!
В ста метрах от сцены, прямо на балконе второго этажа университета, возникло облако разноцветного дыма, и секундой позже меж мраморных колонн появился сам иллюзионист. Головы озадаченно разворачивались, и вот уже вся многотысячная толпа рукоплещет магу, обманувшему их в очередной раз. Такого прилива энергии он не испытывал давно. Может быть – никогда. Все-таки это совершенно не похожие ощущения. Театр одно, а обман такого количества людей – другое. В этот миг он понял рок-музыкантов и тот кайф, который они получают на своих концертах.
Конечно, этот трюк – не исчезновение статуи Свободы, но все равно – привет, Копперфилд!
Взгляд Данилы уперся в качающуюся на двух цепях пустую платформу, и ему стало нехорошо. «Где ящик?! Где, мать вашу, ящик?!! Что тут происходит?!!»
Сбежав по лестнице на улицу, он попытался пробиться к сцене, но тут же увяз в плотной живой стене. Вокруг орали, хлопали и пытались обнять его, говоря какую-то ерунду. Это было бесполезно.
Данилу затрясло от страха и отчаяния. Господи, неужели он погиб?
– Кто мог устроить взрыв? – Зацепин смотрел холодно, не скрывая неприязни.
– Понятия не имею.
Данила во время всего разговора смотрел в окно, чем усиливал раздражение старлея.
– Кто подходил к ящику до выступления?
– Там полно народу было. Кто угодно мог подложить.
Богдан изучающе смотрел на иллюзиониста, пытаясь понять, почему он не называет всем известную фирму, которая была заинтересована в его устранении. Но Данила упрямо молчал. Хочет отомстить сам? Но он артист, острые акции не в его духе. Разве что он скрывает свои возможности…
– Хорошо, гражданин Меджиславский, мы вас еще вызовем в связи с этим делом.
Юлий специально избрал официальный тон, но Данила сделал вид, что не заметил этого.
– Я могу идти?
– Идите.
– До свидания.
Дверь за иллюзионистом закрылась.
Из палаты вышел доктор с усталыми глазами. Данила тут же вскочил:
– Ну?..
– Контузия, – спокойно сказал доктор, засовывая руки в карманы халата. – Ожог левой руки, на ней же перебиты пальцы…
– Он в сознании?
– Пока нет.
– Но опасности для жизни нет?
– Нет. Возможны проблемы со слухом, но пока об этом рано говорить.
Данила оглушенно молчал. В голове шумело. Как это могло произойти?
– Вам незачем здесь сидеть. Приходите завтра.
– Доктор, обеспечьте ему лучшее лечение, какое только возможно. Слышите? Если что-то понадобится – лекарства, препараты, – покупайте не раздумывая, я оплачу все, что потребуется.
Данила вложил в руки врача свою визитку и несколько стодолларовых купюр.
– Звоните в любое время.
Доктор покрутил в руках деньги, хотел что-то сказать, но сдержался. На средства, выделяемые государством, много не налечишь. Да и жить как-то надо.
– Гарантирую, что сделаю все, что в моих силах. И даже больше.
– Спасибо, доктор.
– Как Андрюха? – Мастер смотрел в стену.
– Жить будет. – Данила угрюмо сжал кулаки. – Кто мог подложить взрывчатку?
– А ты не понимаешь? – Петр наконец встретился с ним взглядом, и Данила снова почувствовал себя виноватым в случившемся.