– Я стар, чтобы ходить по гостям, - грустно сказал Би Эр.

– А лет двадцать назад ты еще был о-го-го!

– 193 -

– Шутка ли, двадцать лет?

Светская беседа была разбавлена угощениями, принесенными вместе со столиком.

Тостра с удовольствием поглощал устриц, сам такой же бесформенный и скользкий, как они.

Его хотелось выковырнуть из его защитного кокона, как из ракушки, проткнуть вилкой и

перемолоть в безобидную кашицу.

– Послушай меня, - сказал ему Ричард, - на Наоле грядут большие перемены, и тебя они

неизбежно коснутся, Синор Тостра.

– Каким образом?

– Мы провели достаточно экспериментов и выяснили, что аппирам необходимо

переселиться на Пьеллу, на свою родину. Чтобы выжить, а не вымереть окончательно...

Тостра слушал внимательно, даже доброжелательно, обстановка казалась самой

дружеской и радушной. Он рассматривал Кневха и Тапола, даже поспрашивал, как им там

жилось без всяких удобств. Посочувствовал им снисходительно, потому что даже один день

без горячей ванной представлялся ему чудовищным мучением.

– Ричард, - усмехнулся он, - мне хорошо и тут, - надеюсь, ты это понимаешь? Как вы

собираетесь нас переселять? Чисто технически? Или собираетесь нам навязать свое

социальное устройство?

– Собираемся, - сказал Ричард - покончить с рабством. Энергетическое рабство отпадет

само собой. А другого мы не допустим.

Тостра пробуравил его маленькими злыми глазками.

– И это ты говоришь мне?

– Я ставлю тебя перед фактом. Пойми, это неизбежно. Тебе необходим постоянный

приток невольников. Ты не можешь вариться в собственном соку. Если мы перевезем всех на

Пьеллу, ты будешь обескровлен. Так что особого выбора у тебя нет. Лучше тебе поладить с

людьми, Синор Тостра, тогда мы создадим для тебя на Пьелле приемлемые условия.

– Я пока еще не ссорился с людьми, - сказал Тостра, - но неужели ты думаешь, что я

покину свой замок, распущу своих слуг, освобожу своих невольников, - и все только для

того, чтобы переселиться на необитаемую неустроенную планету? Не думал, что люди столь

наивны.

– Жизнь - это не только сидение в кресле и выкачивание энергии из окружающих. Тебе

самому это еще не надоело? Когда у тебя появятся собственные силы, ты избавишься от

ожирения и всех болезней, которые тебя мучают, тебе не понадобится ни такой замок, ни

такой штат прислуги, ни армия рабов. У тебя есть шанс жить нормальной полноценной

жизнью. Подумай, стоит ли его отвергать?

Бесконечная беседа длилась до вечера. Закатилось солнце, зажглись тусклые светильники

в разных уголках тропического сада, под каждым светильником стояло по охраннику,

смолкли птицы, кончились наконец устрицы... Ричард изнемог. Он долго рассказывал о

Земле, о роковых ошибках человечества и его достижениях. Он даже говорил с этой

самодовольной тушей о смысле жизни, но чувствовал, что все его слова ухают куда-то в

бездонную яму. Тостра не столько не понимал, сколько не желал понять, что его спокойная

размеренная жизнь, точнее, пародия на жизнь, кончилась.

Одного Ричард все-таки добился: они не поссорились, и он имел шанс уйти отсюда

живым и увести своих друзей.

– Ты меня не убедил, - заявило это желе, служанка старательно вытерла ему вспотевший

лоб, - еще неизвестно, когда начнется это переселение, и что получится из этой затеи. Я не

хочу ссориться с людьми, но я их не боюсь. Мои рабы - это мои рабы. Они принадлежат

только мне. Хочешь - выкупай. На это я согласен.

Ричарду как никогда хотелось его убить. Его спутники понуро сидели рядом с ним на

диване, давно поняв, что все это безнадежно. У них, наверно, была только одна мысль:

смыться отсюда поскорее от греха подальше.

– Выпьем, - предложил Тостра, - протягивая к столу толстую, как воздушный шар, руку.

Ричард разлил вино по бокалам. Вошли слуги с новыми подносами. Одна девушка

выложила на стол фрукты, другая поставила бутылки с вином. Третья была не с подносом, а с

тазом, она присела, разула этот пузырь и опустила в таз его распухшие ноги. Вид у всех трех