– Тоска, - вздохнул он устало, - мне даже помечтать не о чем... разве что о чашке кофе...

Слушай, Ангелочек, попроси о чем-нибудь, а? Я исполню.

– Как золотая рыбка?
– усмехнулся Льюис.

– Ну что ты ухмыляешься?
– передразнил его Рыжий, - хочешь на Обезьяний остров?

Прямо сейчас? Пальмы, солнце, океан, водопады... А?.. Хочешь в горы? Вечные снега,

ледяные вершины... Хочешь, дом тебе подарю? Или яхту? Врагам твоим накостыляю,

хочешь? Только скажи... А может, тебе звезду с неба? Так я могу!

Льюис не понял, что это: очередная дурацкая шутка, пьяный бред или крик души, да и

разбираться в этом не хотелось.

– Первое предложение было самое заманчивое, - сказал он, - чашка кофе сейчас в самый

раз. У тебя кофеварка есть?

– Есть, - приятель посмотрел разочарованно, махнул рукой и снова потянулся к пульту. На

этот раз он звонил не в службу охраны, а в какой-то ресторан.

– Принесите мне две чашки кофе, - заявил он администратору, - без сахара, крепкий... на

золотом подносе в красных сирглитовых чашках. И чтоб с белой каемочкой. Шустро как

вирусы! И смотрите, чтоб не остыл.

– Сию минуту, сиятельный!

– Ты еще и сиятельный, - проговорил Льюис.

– Тебя что-то не устраивает?
– обернулся к нему приятель, - может, ты с сахаром пьешь?

– А его тебе прямо с Вилиалы доставят?

– Мне нравится ход твоих мыслей. Правда, у них там все воняет лягушатиной, даже

сахар.

Кофе они пили, лежа на кровати. С золотого подноса из красных сирглитовых чашек с

белой каемочкой. Несмотря на это, Льюису ужасно хотелось спать. Впечатлений было

предостаточно, и пора было от них отключиться.

Скоро позвонил Чегри.

– Лучезарный, - широко улыбнулся он, - вся улица прочесана, как ты велел. Ни девицы

Солла, ни ее трупа там нет.

– Тогда чему ты ухмыляешься?
– поинтересовался Рыжий.

– Мы старались для тебя, сиятельный!

– Ну? И что?

– И расширили поиск по своей инициативе. Мы нашли ее, но совсем в другом месте.

– Где?

– В общежитии университета, мужской корпус, комната девять. В кровати. Доставить ее,

лучезарный? Вообще-то, она брыкается!

Льюис подскочил как ошпаренный.

– Нет!
– взвыл он, - не трогайте ее! Оставьте ее в покое! Вы что, с ума сошли!

– Выполняйте указание, - усмехнулся Рыжий, - оставьте девочку в покое. Засуньте ее

обратно в кровать и погасите свет.

– Во всем корпусе?

– Во всем городе, болван!

– Но... но мы старались, божественный...

– Знаю-знаю. Понял. Я к вам завтра загляну.

Начальник охраны просиял.

– Рады стараться, лучезарный!
– радостно рявкнул он.

– Сгинь...

– 57 -

Рыжий выключил экран и лениво потянулся.

– Ну что, малыш? Нашлась твоя подружка.

– Для этого не обязательно было будить все общежитие, - возмущенно сказал Льюис.

– Да брось ты, - пожал плечом приятель, - подумаешь, пошумели! Жизнь у вас скучная:

лекции да экзамены...

Льюис смотрел на него со смешанным чувством восхищения и осуждения,

благодарности и раздражения. Его приятель взглянул на часы и резво вскочил.

– Надо же, уже пятый час! То-то я гляжу - светает. Пора домой! Пора, пора, пора! А то

мамочка будет волноваться... Чего сидишь? Или твоей мамочке всё равно, малыш?

Льюис встал, он ничего уже не соображал и не владел собой.

– Мою маму убили, - сказал он хмуро.

Рыжий уставился на него густо обведенными глазами и продолжительно свистнул.

– А у вас там, на Земле тоже весело!

– Куда уж веселее!

– Ты отомстил за нее?

– Кому?

– Как кому? Убийцам.

– Их не нашли.

– Что значит, не нашли! Ищи!

– Это было давно. Я был маленький.

– Но теперь-то ты вырос!

– На Земле такие вещи решают следственные органы и суд.

Рыжий присел и хлопнул себя по коленкам.

– Вот этого я никогда не понимал! Твою мать убили, а решать будет какой-то суд? Да я не

представляю, что я сделаю с тем, кто только косо посмотрит на мою!

– Это первобытная дикость, - заученно проговорил Льюис, - а общество давно