— С сегодняшнего дня я не скрываю того, что практически все время вооружена и для большинства здешних людей, я — официально на службе.

Решение это было принято сегодня утром, после отъезда Эша.

— Я не хотела, чтобы так было, потому что из-за этого некоторые люди с гораздо меньшей вероятностью будут говорить со мной. Но, подумав немного, я решила, что я больше рискую без оружия, чем когда я вооружена.

— Особенно учитывая тот факт, что ты такая крошечная.

— Да, я знаю, что не выгляжу слишком уж угрожающе. Оружие заставляет людей подумать дважды. Остальные мои преимущества исчезли, поэтому это мне просто необходимо.

Гордон сжал губы.

— Я буду рад распустить слух, что ты настоящая фурия, когда дело доходит до рукопашной. И я не солгу.

— Особо не старайся, — пожала плечами Райли. — Но если поднимется эта тема, почему бы и нет? Кем бы этот парень ни был, я хочу, чтобы он думал, что застать меня врасплох во второй раз будет не так легко.

И прежде чем Гордон смог что-либо сказать, Райли подняла руку и произнесла:

— И это так же значит, что я впредь не буду выходить ночью из дома одна.

— Позвони мне, — сказал он. — Я впутал тебя во все это, поэтому, черт возьми, тебе лучше позвонить мне в следующий раз.

— Верь мне, когда я говорю, что не хочу близко подходить к уроду, вооруженному шокером, во второй раз. Если мне нужно будет провести какое-то следственное мероприятие ночью, я позвоню тебе, — с чувством произнесла она.

— В любое время.

— Я знаю. Спасибо.

Райли сделала шаг по направлению к дорожке, которая привела бы ее к дому Гордона со стороны улицы, но затем остановилась и, нахмурившись, посмотрела на него.

— Гордон? Что происходит в Чарлстоне?

Минуту он ошеломленно молчал, а затем сказал:

— А, ты имеешь в виду убийства?

— Если это — то, что происходит. Убийства?

— Да. Очевидно, там орудует серийный маньяк. И он — действительно ужасен — тела его жертв практически покромсаны на части. И я полагаю, он убивает уже какое-то время, но полицейские собрали все факты воедино лишь неделю назад, по крайней мере, согласно газетам Чарлстона. Ублюдок выбирает своими жертвами туристов — только мужчин; и все буквально в шоке из-за этого.

— Надо думать.

Неожиданно, несмотря на жаркое июльское солнце, Райли охватил озноб. «Не может быть. Почерк другой. В стране сейчас, должно быть, орудует сотня серийных убийц…»

Гордон наклонился, чтобы проверить ведро с наживкой и добавил:

— Газеты называют его Собиратель. Кажется, что он оставляет блестящую новенькую монету на каждом теле. Ладно, не на телах. Внутри тел, после того как заканчивает резать их на куски. Думаю, они с такой же легкостью могли назвать его Убийца на Игровых автоматах, но…Райли? Ты в порядке?

Она подумала, что может, солнце спряталось за тучу, и поэтому ей стало так холодно. Поэтому все сразу же стало темным, и она едва чувствует ладонь Гордона на своей руке. Но она знала, что на небе не было ни облачка и солнце по-прежнему жарко светит — был нормальный летний день.

Нормальный. Конечно же, это была ложь.

«Потому что день не нормальный. Если он вновь вышел на охоту, ничего больше нельзя назвать нормальным. Призрак не может охотиться. А он должен быть призраком. Он мертв.

Я убила его».

2 года назад

Ночью в Новом Орлеане неожиданно похолодало, и это устраивало Райли. Она любила жару, когда была на пляже или в бассейне, но в других случаях жара ей не нравилась. Особенно ночью, и особенно в ночь, когда ей, возможно, придется быстро двигаться.

Ее отвлекал хаос чувств, которые ночью во Французском квартале обрушивались со всех сторон, что и так было достаточно плохо, а если придется справляться еще с мокрой от пота одеждой… Хотя, на ней была надета лишь самая малость.

— Эй, милашка, как насчет свидания?

— Сегодня я не работаю, — ответила она.

Он удивленно посмотрел на нее и нервно коснулся нитки бус, продающихся на Марди Гра [4] ; роль бусинок выполняли головы пришельцев. Бусы казались безвкусным пятном на его цветных шортах и разноцветной рубашке.

— Ах, брось, не будь такой, милая. Я могу заплатить за комнату.

— Уверена, так и есть, парень, но мне это не интересно.

Она говорила скучающим тоном, не переставая осматриваться — еще не хватало того, чтобы ее арестовали за приставание к мужчине. И Райли весь вечер следила за копами, которые пешком патрулировали улицу.