Георгий ничего не ответил и с сомнением покачал головой. Ленка, как всегда, была

в своем репертуаре. Всеми правдами и неправдами пыталась сделать из него своего

союзника-ровесника. Впрочем, ей это с блеском удавалось. Герка никогда не

приезжал специально к ней, но стоило ему ее увидеть, как он тут же попадал под

ее власть и обаяние и становился послушным десятилетним мальчиком. Иногда ему

даже казалось, что для того, чтобы стать счастливым в браке, ему следует искать

в своей избраннице некоторые Ленкины черты. Только такая сильная и

жизнерадостная личность как его племянница способна была сделать его мягким и

податливым как воск и удержать рядом с собой на веки вечные. Ну разумеется если

бы в его жизни не было никогда Евы.

Сейчас, шагая рядом с Ленкой между цветущих клумб и слушая ее беззаботное

радостное щебетание, Георгий отогнал от себя свои мрачные мысли относительно

нее. Нет, даже не смотря на эти странные отцовские подарки, с ней не могло

произойти то, что приключилось с Евой. Девочка не смогла бы так искренне

улыбаться, если бы ей действительно было плохо.

Они подошли к оранжерее. Последние несколько лет, после того как отец ушел на

пенсию, он сильно увлекся выращиванием овощей, даже выводил какие-то новые

сорта. Поэтому чаще всего его можно было найти именно в оранжерее. Конечно на

самом деле это была всего лишь большая теплица, но старик настаивал, чтобы ее

называли оранжереей, хотя цветов там и в помине не было.

Когда они вошли, то сразу увидели Владимира Федоровича, облаченного в рабочий

комбинезон. Старик сосредоточенно копался в рассыпанных на подносе семенах и

что-то напевал себе под нос. Все такой же полный, жизнерадостный и довольный

жизнью как и во времена Геркиного детства, он совсем не выглядел стариком. Время

почему-то обходило его стороной, а обычные в его возрасте недуги — ему ведь шел

уже седьмой десяток — будто и вовсе забыли о его существовании. Большинство его

товарищей давно уже гнили в своих могилах, сраженные инфарктами и перестройками,

а этот живчик по-прежнему бодро шагал по жизни, продолжая подминать под себя

все, что ему попадалось на пути. Впрочем, возможно Герка уже знал его секрет

вечной молодости. Старик просто воровал детство у таких как Ева, у маленьких

девочек. Сколько их было-то в его жизни… Кто знает…

При виде отца эти мысли снова нашли лазейку и начали заполнять Геркину голову.

Нет, только не сейчас, не надо… Герка до сжал кулаки и в тот же миг ощутил, как

затрепетала в его руке Ленкина ладошка, которую он по прежнему держал и о

которой совсем забыл.

— Извини, малыш, — сконфуженно пробормотал он, выпуская ее руку. К его удивлению

Лена сделала вид, что ничего не заметила. Все так же улыбалась и смотрела на

деда.

— Дедушка! — закричала она, — смотри кто к нам пришел!

Владимир Федорович рассеянно поднял голову и, увидев сына, благодушно расплылся.

— О, сколько лет, сколько зим! Только по телевизору и вижу тебя, совсем отца

родного забыл!

Герка изобразил смущенную улыбку и пожал протянутую отцовскую руку. Крепко

пожал. Пусть все будет как обычно, еще не время…

— Да вот, решил заехать, посмотреть как вы тут. Времени свободного нет, сам

знаешь как работа затягивает.

— За кобелем своим приехал, или погостишь немного? — Герке показалось, что

'погостишь' отец произнес без особого удовольствия.

— Не знаю. Как получится, ты уж не обижайся, пап. Я привез бутылочку твоего

любимого, — Герка показал пакет, — посидим, выпьем, а с утра я наверное в город.

И так еле вырвался.

Владимир Федорович заглянул в пакет с Симпсонами и удовлетворенно крякнул.

— Вот ведь! Я сам перестал спиртное в доме держать, так все норовят со своим

припереться. Нет жизни трезвеннику в стране советской! Нет, ну с сыном-то родным

грех не выпить стаканчик. Только чего ты две-то припер, ты ж не пьешь коньяк, а

мне и рюмки хватит. Здоровья-то нету.