воспользовался моментом и заглянул к Гарри.

Это было ужасное чувство, как в одном из тех снов, когда тебе снится, что ты умер и смотришь на

свое тело сверху.

Гарри лежал со скрещенными руками, выглядя в точности как Драко, его светлые волосы были в

крови там, где он ударился об стену. Волна тошноты подкатила к горлу, и Драко отступил назад, что

было как раз вовремя, так как Рон и Гермиона в этот момент чуть не сбили его с ног.

— Гарри, о, Гарри, — восклицала Гермиона, — с тобой все в порядке?

Рон все больше хлопал его по спине и поздравлял с апперкотом, которым он наградил Гарри на

Алхимии. Драко позволил себе улыбнуться.

— Это было круто, да? — сказал он. — Он просто отлетел назад!

Мадам Помфрей погнала их к двери, которую Рон придерживал. Драко бросил последний взгляд

на Гарри. Тот не двигался.

Драко шел за Роном и Гермионой, когда они поднимались в Гриффиндорскую башню. Рон

не переставал болтать на тему, как все Гриффиндорцы будут рады, что Гарри почти убил Малфоя на

Алхимии.

— Фред и Джордж просто потрясены, — сказал Рон, — они ненавидят этого слизняка, он никогда

не играет в Квиддич честно.

— Не больше чем они! — воскликнул Малфой в негодовании, потом он заткнул рот рукой, чтоб

не ляпнуть чего еще. Но они уже дошли до портрета Толстушки, и Драко стал делать вид, что у него

болит голова, чтоб к нему не обратились за паролем.

— Бумсланг! — произнес Рон, и, когда портрет открылся, Драко вошел в гостиную Гриффиндора.

Фред и Джордж, сидя у камина приветствовали его радостными воплями. Драко в раздражении

оглядел комнату: гостиная была куда более уютной, чем Слитеринская, которая была холодной и

постоянно протекала зимой.

Он абсолютно точно должен пожаловаться отцу, когда вернет свое тело назад.

Он медленно прошел за Роном и Гермионой к камину — он терпеть не мог Фреда и Джорджа,

7

не только потому, что они всегда отбивали в него Бладжеры во время матчей, но и потому что они

были просто невыносимы с тех пор, как открыли магазин приколов с заказом товаров по почте,

капитал которого составлял теперь около ста галеонов.

— Гарри! — завопил Джордж, изо всех сил шлепая Драко по спине. — Слышал, ты отделал

Малфоя на Алхимии, отличная работа!

— Он давно на это напрашивался, — поддержал его Фред.

— Жаль, что ты его совсем не убил, — сказал Джордж.

Драко почувствовал прилив злости, но он понимал, что если он сейчас достанет волшебную

палочку и попробует проклясть близнецов какими-нибудь прыщами, то провалит все. И он попытался

успокоиться, сделав пару глубоких вдохов. Вдруг в его ладонь легла маленькая ручка и, подняв

голову, он увидел Гермиону, с волнением смотрящую на него.

— С тобой все в порядке, Гарри? Ты выглядишь так, как будто тебе трудно дышать, — сказала

она.

— Голова… болит, — с трудом пробормотал Драко и упал в кресло.

— Не твой шрам? — спросил Рон, зеленея. — Ведь шрам не болит?

— Нет, идиот, — сквозь зубы сказал Драко, — только голова, там, где этот придурок Гар.., где

Драко ударил ее об пол.

— А почему он на тебя накинулся? — широко открыв глаза, спросила Гермиона.

— Потому что он подлый маленький гаденыш, почему же еще? — сказал Рон.

— Драко рассердился. Я оскорбил его мать, — коротко сказал он. — Вот он мне и врезал.

— Гарри… — удивилась Гермиона.

— Вот и правильно, Гарри, — похвалил его Рон, — что дал ему сдачи.

— Зачем нужно было оскорблять Малфоя?… — продолжила Гермиона. — Я думаю, тебе должно

быть его жаль.

— Жаль его!? — взорвался Драко, — Это еще почему? Он богат, у него влиятельная семья, он

красивый и его любят девчонки…

— У него ужасный отец, — серьезно сказала Гермиона, — И совершенно очевидно, что он

завидует тебе, Гарри. Ты прекрасно играешь в Квиддич, ты смелый, а он — нет, помнишь тогда, в

Запретном лесу, когда он убежал от Квиррела?

Драко шумно втянул воздух.