давно утрачено. Сохранившийся меч — один из двух ныне существующих, а потому куда ценнее для

нас, чем жизнь Магида-ребенка. Их сейчас полно, — добавил Стригаллдвир — но мы не можем

забрать меч обратно, если Слитерин не нарушит свои обязательства. А он не сделает это, пока…

Сириус оборвал его, качая головой:

— Другими словами, меч вам нужнее, чем Гарри. Очень мило.

— Я демон, и никаких мило для меня не существует. В любом случае, для Наследника Годрика

уже поздно: Слитерин добрался до него.

У Сириуса голова пошла кругом. Почему Слитерин нуждается в одном живом мальчикестороннике? — подумал он и вспомнил голос Рема, читающего слова прорицания:

— Когда меч поднимет на битву Наследник Слитерина, Слитерин вернется. И вместе они ввергнут

239

весь волшебным мир в пучину ужаса и хаоса.

Рем… Он повернулся к клетке с лежащим оборотнем. Тот оскалился в ответ, в темных глазах

застыла боль и ярость.

— Так ты собираешься убить его в конце-то концов? — протяжно поинтересовался демон за

спиной Сириуса.

— Нет, — отрезал тот, продевая нож в кольцо на ремне. — Я пришел выпустить его. Если он

побежит к Слитерину — пусть.

— Он разорвет тебя в клочья, — предупредил демон, пораженный то ли храбростью Сириуса,

то ли его безрассудством, — Сириус не был уверен наверняка.

— Может, да, а может, и нет, — Сириус протянул руку к двери клетки…

— Сириус! — это была Нарцисса. Она стояла у входа в темницу, в белой мантии, ужасно бледная.

— Сириус, — снова позвала она, едва переводя дыхание — он понял, что она бежала. — Как мне

кажется, тебе стоит прочитать это… — она потянула ему сложенный клочок бумаги.

***

— Рон, да тише же! Ты всех перебудишь! Перестань топотать своими ножищами!

— Я не топочу. Я просто хожу.

— Тогда ходи потише!

Рон раздраженно округлил глаза. Гермиона, конечно же, не могла этого увидеть — кухня была

погружена в темноту.

— Да ладно, Гермиона, все спят!

— Естественно — за исключением нас, — раздался голос в темноте.

Рон с Гермионой подскочили от неожиданности и замерли, вытаращив глаза. Кухня осветилась, и

перед ними предстали сидящие за столом Чарли и Джинни, весьма косо на них смотревшие. Чарли

держал в руках свою палочку, служившую источником света.

— А что вы тут делали, сидя в темноте? — возмущенно поинтересовался Рон.

— Мы слышали, как вы тут шушукались на лестнице, — с осознанием собственного превосходства

сообщила Джинни. — И решили вас попугать. Рон, зачем ты тащишь лопату?

Приподнятые брови Чарли приобрели насмешливый изгиб:

— А вы двое куда собрались? Крадетесь тут в полночь для запретных поцелуйчиков?

Рон поперхнулся и залился краской, Гермиона же просто выглядела несколько раздраженной:

— Ну, естественно, — саркастически ответила она. — Именно для этого мы и взяли лопату. Она

невероятно удобна и подходяща для эротических занятий.

Джинни захихикала:

— И что же вы ей собирались делать?

— Я собирался воткнуть этот конец в землю, — указал Рон, — после чего я планировал начать

копать. Могу рассказать подробнее, но это будут чисто технические детали.

— Очень хорошо, — резюмировал, поднимаясь, Чарли. — У вас есть пять минут, чтобы все мне

объяснить. Так зачем вы посреди ночи крадетесь с лопатой? Поехали…

Рон и Гермиона переглянулись. Рон пожал плечами. Вздохнув, Гермиона повернулась к Чарли и

Джинни и начала объяснять.

Когда она закончила, Чарли от горя рвал на себе волосы.

— Вы понимаете, что не сможете подойти к карьеру? Всем Аурорам даны строжайшие инструкции

держать нас внутри.

Повисшую тишину разорвала Джинни:

— Может быть и другой путь… — медленно произнесла она.

Рон насторожился:

— Что ты имеешь в виду?

— Когда я вчера лазала по подвалу, то обратила внимание, что в одном коридоре становится все

влажнее и влажнее, а потом на меня начала капать вода. Думаю, он находится под карьером.