валяющимся там, где Драко бросил его. Гарри прикоснулся к лезвию и поднес пальцы к глазам, а

потом обернулся к Драко:

— Я ведь чувствовал, как он вонзился мне в сердце, но почему же он меня не убил? Что бы все

это могло значить?

Драко помотал головой, его не покидало чувство, что все происходящее — лишь какая-то шутка

сознания, а на самом-то деле Гарри умер. Ведь когда разум не в силах справиться с потрясением, он

368

просто щелкает и отрубается… может, ему позволят занять опустевшую палату отца в Лечебнице

Святого Мунго?..

— Я не знаю, — честно признался он, — ты ведь Мальчик-Который-Выжил… с тобой ведь это

не впервые…

— Нет, тут что-то другое… — сияющие глаза Гарри были подернуты дымкой ошеломления. — Я

почувствовал, как он прошел сквозь меня… словно белое пламя… — неожиданно он схватил меч и

протянул его Драко. — Сделай это еще раз.

— Что? — обалдело переспросил Драко. — Что сделать?

— Я хочу знать, что произойдет, — теперь глаза Гарри горели решимостью.

— Что произойдет, если… — Драко осекся и уставился на Гарри. — Ты шутишь.

— Нет. Проткни меня снова.

— Нет, — отпрянул Драко и почувствовал, что отступать все равно некуда: позади стена, чему он,

признаться, был даже несколько рад, потому что ноги его не очень слушались.

— Да ладно тебе, ведь он же меня не убил в тот раз…

— Нет. Ты ведь потерял много крови, наверное, ты сейчас не в ладах с головой… — Драко

вспомнил встревоженный взгляд мадам Помфрей в школьном лазарете, куда он угодил после

общения с Конклювом: ты чувствуешь усталость? Слабость? Черные мушки перед глазами

не пляшут? Галлюцинаций нет? — Гарри, тебе надо сесть.

Грудь Гарри вздымалась, словно он бежал:

— Не хочу садиться, у меня такое чувство, будто я миль двадцать без остановки пробежал… Но я

совсем не чувствую усталости, — он поднял голову и немного пьяно и ошалело взглянул на Драко. —

Меня ничто не может ранить…

— Ты ведь не знаешь этого, — Драко тихонько потянул меч из рук Гарри, и он упал на пол между

ними.

— Слушай, но ведь в первый-то раз он меня не убил!..

— И поэтому ты озабочен тем, чтобы это повторить?

— Я хочу знать, — заупрямился Гарри, — что со мной не так. Я ведь должен был умереть, эта

штука должна была меня убить! Почему-то этого не произошло. Хочу знать, что будет, если

повторить это опять.

— Ты уже разок на это посмотрел, — напомнил Драко. — Сожалею, если пропустил самое

интересное, однако для меня на сегодня достаточно. Никаких повторов.

Гарри упрямо взглянул на него. Вид у него был диковинный: рубашка еще не просохла, по правой

руке медленно стекала кровь, лицо сияло жизнью, глаза горели… гм… слишком ярко, словно бы его

лихорадило — в общем, вместо тихого и рассудительного Гарри перед Драко стоял кто-то, страстно

желающий немедленной смерти. В голове опустело — все мысли куда-то бесследно исчезли.

…Ты сам-то соображаешь, о чем меня просишь? — Драко взглянул на реакцию Гарри. Тот замер,

и было невозможно понять, что за этим последует, какие чувства в нем борются — разочарование и

гнев, ярость и слезы…

— Мне нужно знать, — резким раздраженным голосом повторил Гарри, — могу ли я умереть.

— Я могу дать тебе ответ, — раздался шелковисто-стальной голос из угла комнаты. — И этот

ответ «да».

Драко резко повернулся и почувствовал, что стоит с раскрытым ртом: у дальней стены колыхалось

шесть высоких фигур в подпоясанных мантиях — у этих существ были головы, руки-ноги, но это были

не люди… серая чешуйчатая морщинистая кожа… красные вращающиеся глаза… шишковатые

головы… Впереди остальных стоял тот, что повыше, в его протянутой руке мигало изумрудное

пламя. Наверное, он улыбался — было трудно понять выражение его лица… и говорил, видимо,

тоже он… словно подтверждая их подозрения, существо снова открыло рот, в голосе теперь звучала

только сталь:

— Ты можешь умереть, Гарри Поттер. И если твой друг тебя снова ранит, так и случится.