задумчиво заметил он, и в этот миг заметил блеск в глазах стоящего позади него Гарри.

Демон вскинул руку и указал ей на стену — в ней раскрылся темный проем:

— В следующий раз мы вернемся за платой. Либо меч, либо кровь.

И они исчезли — даже без приличествующего ситуации хлопка, способного хоть чуть-чуть

развеять пугающую призрачность и таинственность.

— Что ж, все было весьма информативно… — произнес Драко, разворачиваясь к Гарри, и

буквально подпрыгнул: на противоположной стене комнаты засияла радуга, потом она потускнела, и,

спокойно, словно сквозь дверь, в комнату дружно шагнули Сириус, Рон и Гермиона.

Драко усиленно заморгал, но видение не исчезало — это действительно были Сириус, Рон и

Гермиона, грязные, но целые и невредимые. Он едва успел бросить на них взгляд, как Гарри взвился

и кинулся к ним. Сириус, улыбаясь во весь рот, обнял Гарри с такой силой, что тот заболтал ногами в

воздухе, потом на него с визгом и восторгом накинулись Рон и Гермиона. Драко чувствовал себя

очень неловко, он стоял в стороне, опустив глаза, и рассматривал лежащий у его ног меч. И

вздрогнул: пятна крови с эфеса исчезли, словно меч впитал их. Драко наклонился и поднял его,

выпрямившись, он увидел, что все остальные все еще обнимаются, возбужденно переговариваются;

Сириус похлопывал Гарри по плечу, а тот резким, звонким, разносящимся по всей комнате голосом,

переспрашивал:

— Мантию? Они забрали отцовскую мантию? Мы должны ее вернуть!..

— Мы должны убраться отсюда, пока эта Слитеринская свора не вернулась обратно, — Сириус

пытался развернуть его лицом к себе и достучаться до его сознания, но Гарри вывернулся из его рук.

— Это единственная вещь, доставшаяся мне от отца!..

— Гарри, ты что-то сам на себя не похож, — удивился Сириус.

Сам не зная, что именно ему лучше сказать, Драко шагнул к ним и взглянул Сириусу в глаза:

— Он не совсем адекватен…

— Я в порядке! — полыхнул гневом Гарри.

— Сам ведь знаешь, что нет.

Сириус снова положил руку на плечо Гарри, на этот раз тот не дергался:

— Гарри, я тоже очень сожалею о мантии Джеймса. Но существует и другие вещи,

принадлежавшие твоему отцу. И я мог бы передать их тебе…

Гарри повернулся в внимательно смотрел, как крестный потянулся к карману брюк и вытащил

оттуда что-то по форме напоминающее наперсток — изысканно украшенный, с ремнем на концах.

— Это что — наперсток?

Сириус улыбнулся, в уголках его глаз засияли веселые морщинки, когда он протянул это своему

крестнику. И в тот момент, когда Гарри коснулся его, наперсток дрогнул, словно пробудившись к

жизни, и начал быстро увеличиваться в размерах, превращаясь в длинные и затейливо украшенные

птицами, животными и растениями ножны.

Драко не мог отвести глаз от лица Гарри: вот оно побледнело, как полотно… потом запылало…

Гарри пришел в себя, но в выражении его лица что-то неуловимо изменилось, из глаз исчезло все

377

бешенство и ожесточение.

Гермиона нервно улыбнулась:

— Это же твой Ключ, Гарри…

Гарри молча перевел взгляд на Сириуса.

— Это ножны для меча? — наконец спросил он.

— Для меча Гриффиндора, — подчеркнул Сириус.

— Но меч сломался, — Гарри шагнул в сторону, поднял с пола обломки и без слов протянул их

Сириусу: меч обломился немного ниже гарды. — Совершенно бестолково: ножны без меча.

— Но это же просто меч, а не Живой Клинок, — заметила Гермиона. — Мы добудем тебе другой

меч.

Сириус стоял и рассматривал обломки:

— Гарри, что случилось? Как он сломался?

Гарри, сомневаясь, вопросительно покосился на Драко, тот ответил ему твердым взглядом:

— Расскажи им, что произошло.

— Какую именно часть? — спросил Гарри, вкладывая обломанный меч в ножны и закрепляя их у

себя на талии.

— Все. Ну же, давай, расскажи им, только ничего не пропусти.

Гарри озадаченно взглянул на него еще раз и медленно кивнул. Драко резко повернулся и, даже

не глядя, куда идет, добрел до дальней стены, привалился к ней спиной, медленно сполз вниз,

обхватил колени руками и пристроил рядышком свой меч. Теперь он не мог слышать, что говорит