он все это делал. Свернув за угол, они вылетели на площадку длинной, цвета слоновой кости

лестницы. Рон, задыхаясь, схватил Драко за рукав:

— Ты знаешь, куда мы направляемся?

— Уверен, — и Драко припустил вверх, Рон следом, а за ними поднималась ледяная волна —

Драко чувствовал, что дементоры неподалеку. Лестница, угол, снова лестница — и они оказались

перед закрытой дверью. Рон в отчаянии проклял все на свете и зарычал на Драко:

— А я-то думал, ты знаешь, куда идешь!

— Заткнись на минутку, ладно? — Драко уставился на дверь, совсем не похожую на двери,

виденные им до сих пор: сделанная из темной слоновой кости, она была заперта на семь замков и

семь засовов. В исступлении Драко вцепился в засовы, начал дергать и царапать их — все

бесполезно, они держались намертво, разве что у него заскользили вспотевшие пальцы, да волосы

полезли в глаза. По коридору пополз леденящий холод — и они оба были прекрасно осведомлены,

что было тому причиной.

— Используй меч, тормоз! — Рон сверкнул глазами, привалившись к стене.

— Что?

— Меч, меч, тебе говорю! Может, ты им сумеешь пробить. Думай!

Драко вытащил меч из ножен, взглянул на него, на эту внушительно выглядящую дверь, пожал

плечами и с силой размахнулся. Клинок проскользнул сквозь дверь, как сквозь масло, — с такой же

легкостью он разрубил адмантиновые цепи Гарри. Драко отступил и снова рубанул — на этот раз по

засовам, они со звоном посыпались ему под ноги. Рон ухватился за ручку, распахнул дверь, и они

рванулись внутрь. Драко попытался было пристроить ее обратно, но бесполезно.

— Брось ее! — крикнул Рон, и Драко, оставив ее покачиваться на петлях, оглянулся, чтобы

увидеть, где они очутились: они стояли на широком, огражденном доходящей до груди стеной,

каменном балконе, опоясывавшем башню и упиравшемся в зубчатые крепостные стены. Драко

395

подбежал к краю и выглянул — вдалеке, насколько хватало глаз, расстилался лес, уползая за

горизонт, а сверху на него смотрели звезды и месяц, омывающий холодным бледным светом башню

и стены. Неожиданно Драко сообразил, как долго он не был на свежем воздухе.

Вокруг не было ни единого пути вниз, ни какого-либо другого входа, кроме того, через который они

вбежали. На этот раз Рон даже не чертыхнулся: смертельно бледный, с черными брызгами веснушек

на лице, он взглянул на Драко и, сделав над собой явное усилие, произнес:

— Мы попались. Ты можешь что-нибудь сделать? У меня палочку забрали…

Драко ничего не сказал, он размышлял, как это чертовски круто — быть Магидом, особенно, если

в кризисные моменты ты оказываешься ни на что не способен. Все, чему он научился, — творить

заклинания без палочки, но, даже будь у него сейчас в руках палочка, все равно ему в голову

не приходило сейчас ни единого подходящего заклинания. Эх, вот если б он научился

телепортироваться… На всякий случай он решил попробовать: поднял руку и, мысленно перебрав

заклинания, которые когда-либо изучал, произнес:

— Catedra!

Вспышка света — и у крепостной стены появился огромный диван, весьма удобный на вид, с

мягкой буклированной отделкой.

Рон с отвращением поморщился:

— Малфой…

Драко раздраженно покосился на него и попробовал опять:

— Cerrucha! — нараспев произнес он, из его пальцев сорвались веревки и кольцами свернулись у

его ног. Он поднял один конец и бросил его Рону. — Мы можем спуститься по ним.

— По крайней мере, это не букле…

— Ты играешь у меня на нервах, причем нерв остался последним, Висли, — предупредил Драко,

изучая, можно ли вбить меч между зубцами балкона. Если бы тут можно было завязать веревку,

может быть, они могли бы…

— Малфой… — сдавленно произнес Рон. Драко вскинул взгляд и увидел, что Рон огромными

глазами смотрит куда-то позади него. Чувствуя, что холодеет, он обернулся…

В дверях стояли три дементора — высокие, отчужденные, пугающие… Лунный свет лился на них