чернел круглый проход.

— Я удивлюсь, если это выход, — задумчиво произнес Гарри.

— Или вход, — не задумываясь, подхватила Гермиона.

— Вход? Для кого?

Гермиона была уверена, что в наступившей тишине они рисуют в воображении омерзительных

морских чудовищ.

— Слушай, — наконец произнес Гарри, — я совершенно уверен, что, если мы чуточку подумаем,

мы обязательно выберемся отсюда.

Стараясь не сосредотачиваться о том, что может подбираться к ним из глубин, Гермиона подняла

голову и поискала в вышине отверстие, через которое они и упали.

— Если бы я могла дотянуться до кирпичей… Похоже, их можно использовать в качестве

опоры… — заметила она. — Если я залезу на тебя…

— …то я утону, — уныло покачал головой Гарри. — Но, думаю, как-нибудь попозже ты

обязательно на меня залезешь…

Не успела Гермиона открыть рта, чтобы ответить, как из проема в скале показалось какое-то

слабое серебристое свечение — его точно не было минуту назад. Хотя, может, ей привиделось? Она

взглянула на Гарри, но тот был весь поглощен изучением стены на предмет выступов, за которые

можно было бы ухватиться.

— Поразительно, ты еще можешь шутить, — она постаралась, чтобы ее голос звучал как можно

более жизнерадостно.

— Научился этому от Драко. Два в одном: шуточки и усмешки… В самом деле помогает… —

барахтаясь, он брызнул ей в лицо.

Теперь свет стал совершенно отчетлив: он лился из пещеры, дрожа на воде серебристой

дорожкой.

— А может, ты знаешь какое-нибудь заклинание, чтобы не утонуть? — в отчаянии спросила

Гермиона, видя, как что-то появилось из проема и заскользило к ним по воде. Она вцепилась в руку

Гарри, он притянул ее к себе и крепко прижал, пытаясь защитить… Сердце едва не выскочило у нее

из груди, пока она не поняла, кто появился перед ними в этом подземном озере. Русалки. Две… нет,

три, очень красивые, с длинными зелеными волосами, аккуратными жабрами, порхающими под

подбородками, с переливающимися под водой золотисто-зелеными рыбьими хвостами.

Одна — поосторожней, с печальным лицом, устроилась на выступе торчащей из воды скалы, но

две другие подплыли поближе, оказавшись в нескольких футах от Гарри и Гермионы, и захихикали.

Серебристое свечение шло от висевшего на шее у одной из них белого полупрозрачного шара.

— Привет, — произнесла та, что была слева, и вторая тут же закатилась в приступе хихиканья.

Сама не зная, почему, Гермиона вдруг подумала о Парвати и Лавендер, а та, что надувшись,

сидела в сторонке, до странного напоминала Панси Паркинсон, какой та была последние несколько

недель их шестого учебного года.

— Вы кто? — с непритворным изумлением спросил Гарри. — Вы нас можете понимать?

— О, мы говорим по-человечески. Оттуда сверху постоянно доносятся эти ужасные визги и шум,

так что мы научились. Мы чудовища, — ответила русалка между смешками. — Мы — чудовища, —

шепотом, словно это была сверхсекретная тайна, повторила она.

— Кто? — требовательно переспросила Гермиона.

— Ну, это он так думает, — объяснила та, что бултыхалась справа.

— То есть Слитерин? — догадалась Гермиона.

391

— Когда он однажды увидел здесь какие-то движения — о, это было сотни лет назад — он решил,

что тут живут какие-то монстры, и воздвиг над этим озером свой замок, начиненный разнообразными

ловушками… Люди постоянно сюда падают. Мы заколдовали воду, чтобы они не тонули, а потом

выводим их на волю… А он думает, что их пожирают чудовища!

— Так вы здесь уже не первое столетие? — удивилась Гермиона.

— Ну, конечно же, нет! — оскорбленно фыркнула в ответ одна. — Здесь сменилось уже не одно

поколение, тут жили наши семьи… ни одной из нас не больше двухсот, благодарю. А еще тут скучно.

Вы тут первые за много-много лет. А вон она, — махнула русалка в сторону сидящей в отдалении

третьей, — все еще сохнет от тоски по тому мужчине, что был здесь шестьдесят лет назад… Очень

красивому брюнету с сияющими глазами… Кстати, немного похожему на тебя, — произнесла она,