наконец, вырвалось наружу — с резким треском Око разрушилось, рассыпав хрустальные осколки

дождем скорлупок, а на том месте, где оно только что висело, вознесся зеленоватый дымок;

качнувшись, он направился к Слитерину и вошел ему в грудь.

Слитерин взревел, будто его пронзили кинжалом, выгнулся дугой навстречу входящему в него

зеленоватому облаку, вокруг его тела появился изумрудный ореол… И исчез.

Слитерин выпрямился и захохотал.

— Какого черта? — услышала она ошарашенный голос Драко, доносящийся откуда-то

издалека. — Как это получилось?..

Джинни подняла голову, собравшись что-то ответить ему, и задохнулась, увидев перед собой

Гарри и Гермиону, которой потребовалось мгновение, чтобы сообразить, что теперь они тоже видят

ее, но тут Слитерин поднял руку, указывая ей на Джинни и распевно произнес:

— Wingardium everriculum!

Джинни вскрикнула, когда ее ноги оторвались от пола и, молниеносно перелетев через комнату,

она наткнулась на третий, стоящий рядом с Гарри, столб. Веревки взлетели вверх и крепко оплели

ее руки и ноги.

Драко обернулся:

— Джинни?..

Голос его оборвался, и он остолбенело замер, переводя глаза — Гарри… Гермиона… и, наконец,

Слитерин, на котором его взгляд остановился, наполняясь отвращением и… страхом. Гермионе

почти не приходилось видеть, чтобы Драко боялся. Гневался ли он? — да, занудствовал? —

постоянно, был ли противным? — частенько, однако испуганным? — нет, очень редко. Возможно, это

из-за того, что теперь Слитерин выглядел совершенно по-другому: он словно прибавил в росте

несколько футов, он излучал могущество, от него исходила мрачная пульсирующая сила. Она

408

вспомнила, как он вошел в Нору, уже имея силу от Флёр… тогда он был куда сильнее, чем она

помнила, однако по сравнению с тем, что случилось сейчас… — это было ничто. Глаза его излучали

зловещий свет, сила ярким ореолом пульсировала вокруг его тела — высокий и ужасающий, он

вознесся ввысь, и глаза сияли черными солнцами на снежно-белом лице.

Он протянул руку Драко:

— Подойди сюда. Отдай мне меч.

Драко лишь покачал головой, за него ответила Джинни:

— Нет.

Слитерин протянул руку, коснулся точки у основания шеи Гарри и нежно скользнул вниз,

остановившись над его сердцем. Гарри вздрогнул, но не вымолвил не слова. Гермиона

почувствовала, что от ужаса сейчас буквально вылетит из своего тела, и, судя по лицам Драко и

Джинни, они чувствовали то же самое.

— Делай, что я тебе велел.

— Ты не должен убивать Гарри, — дрожащим голосом произнесла Джинни. — Он тебе нужен.

— Он вовсе мне не нужен, — спокойно ответил Слитерин. Нагнувшись, он поднял лежащие у его

ног ножны Гарри и вытянул оттуда меч — тот снова был целым, но времени, чтобы подумать о том,

почему и как, у них не было — Слитерин взмахнул им над Гарри.

— Могу начать с отрубания его пальцев — одного за другим. Уверен, от потери крови он

не умрет… Во всяком случае, не сразу, — он улыбнулся и швырнул меч на пол. — Или нет… Мне

не нужны эти маггловские способы, от которых он будет выть… — Он повернулся к Гарри. — Ты уже

однажды испытывал Заклятье Пытки, но вряд ли с той силой, на какую я теперь способен.

— Нет! — закричала Гермиона и рванула так сильно, что под веревками кожа на ее запястьях

лопнула. Она не видела Гарри, не могла увидеть его из-за спины стоящего перед ней Слитерина, она

смотрела на Драко — мертвенно-бледного, с темными, почти черными глазами. Он поднял меч и с

силой швырнул его на землю, тот зазвенел по каменным плитам, потом поставил на него ногу и пнул

его через комнату к Слитерину — меч, рассыпая искры, заскользил по полу.

Глаза Драко потемнели от бешенства:

— Забери, — резко бросил он.

— Ты был недостоин его, — Слитерин убрал руку от Гарри и вытянул ее — меч послушно

впрыгнул в ладонь — Слитерин любовно улыбнулся ему. Повернувшись к Драко, он протянул к нему

левую руку. — Иди сюда!

И Драко подчинился.

***

Драко почувствовал, как против воли его, словно жалкую щепку мощным приливом, ноги понесли