он бы вырезал её из себя, как раковую опухоль… —

двойник, злой Себастьян, а сам Тристан — пленник

Драко резко замолчал, и Гермионе показалось, что она

жестокого герцога Скорпио…

поняла, о чём тот подумал: его окровавленная рука…

— У этой книжки есть продолжение, — сообщила

он машинально сжал кулак. — Но он не сумел, сам

Джинни. — Правда, тебе придётся подождать тысячу

не зная, почему. Он взбесился и в гневе решил уничлет, чтобы почитать.

тожить её, разорвать на части. Ты ненавидишь людей

Гарет поднялся:

так же, как когда-то любил…

— Между прочим, мы тут уже четыре часа, и я сно— Ты говоришь так, словно тебе жаль его, —

ва проголодался. Может, пойдём домой, Бенджамин?

в упор взглянула на Драко Гермиона.

Бен поднялся с кровати и стиснул кузена

— Мне жаль. Но не его.

в объятиях:

И прежде чем она успела открыть рот, дверь

— Ну, если хочешь, пойдём.

с грохотом распахнулась, и в комнату влетел Торвальд,

Гарет, улыбнувшись, ткнулся Бену в плечо, и они

а следом — мистер Блэкторп во главе целой толпы люзамерли на миг. Джинни, задумчиво теребя косу, смотдей в тёмных плащах, тут же заметавшихся по комнате,

рела на них с пола.

как безмолвный и мрачный пчелиный рой. Гермиона

— Знаете, вам, наверное, и, правда, лучше уйти, —

поднялась с пола и отошла в сторону, позволив им оксообщила она. — А то, увидев свет из-под двери, мама

ружить тело. Наконец, менеджер поднял на Драко припросто её вышибет. И спасибо за всё: и за то, что настальный взгляд: жёлтые кошачьи глаза сузились

вестили, и за цветок…

до размеров щёлок, от этого взгляда вмиг прокисло бы

Гарет что-то буркнул, высвободился из объятий

молоко. Гермиона тоже взглянула на Драко, на миг,

Бена и, кивнув ей на прощанье, подошёл к окну.

увидев его настоящего — усталого и больного, слиш— Увидимся в саду, — улыбнулся он кузену и, пеком юного для того, что он собирался совершить, ещё

ремахнув через подоконник, выпрыгнул в темноту.

не пришедшего в себя от потрясения. И в тот же миг

— А что, вы не можете уйти прямо отсюда? — спроМалфой, словно плащ, набросил на себя свою обычную

сила Джинни.

надменность, распрямившую его, расправившую плечи,

— Мы оставили свои мечи внизу: очень неприлично

высокомерно поднявшую его подбородок.

приходить к кому-нибудь в гости с оружием в руках.

— Надеюсь, в следующий раз, — голос Драко был

Разве ты не знала?

спокойным и ровным, — Вы поверите, что у Вас и,

Джинни покачала головой:

правда, есть проблемы с безопасностью.

— Наверное, когда мама учили меня хорошим ма

нерам, она упустила это из виду.

* * *

Он поднял руку и, коснувшись её волос, что-то

произнёс на том самом странном языке, на котором он

— О, мой Тристан, — шептала она, прижимаясь к его

говорил с Гаретом. Это было что-то нежное, ласковое

широкой мускулистой груди, — меня ты не покинешь, при-

и… совершенно непонятное.

дёшь ко мне — я знала то всегда. И в горькие часы в моей

— Ещё увидимся, — произнёс он, — но, на всякий

темнице в Плюмера Замке не отчаивалась я. Не знала я

случай — будь осторожна, береги себя — и всё будет

в отчаянья мгновения, когда насиловал меня проклятый

отлично.

Свен. Насиловал — опять… ещё … и снова…

— Хорошо, — кивнула она и проводила его взгля — Не надо говорить об этом, ладно? Так будет лучше

дом. Он был уже в окне, когда она окликнула его. —

для тебя и для меня, — посоветовал Тристан, страстно