– Может, восстановить за ним «наружку»?

– Обсуди с Петром. Если восстанавливать, то лишь как начинали, от известного места нахождения до первого проверочного движения.

– Понял, вечером доложу.

Гуров положил трубку и думал о том, что предложение Станислава увезти и спрятать Игоря Смирнова крайне заманчиво, но абсолютно противозаконно.

В десять часов вечера Станислав не сообщил ничего нового, а в два ночи позвонил снова и сказал:

– Только что говорил с Туриным, два оператора и комментатор телевидения срочно вызваны в Кремль, улетают в неизвестном направлении. Александр убежден, что группа улетает с Президентом, маршрут будет известен утром.

– Возьми наблюдение за Игорем Смирновым под свой контроль. Немедленно! – приказал Гуров.

Станислав оставил «Мерседес» в квартале от дома Смирнова и двинулся полутемным переулком. У тротуара припарковалось на ночь несколько машин, в основном «Жигули». Станислав нашел машину с оперативниками, постучал в боковое стекло. Сыщику не понравилось, что «ребята» не обратили внимания, как он подошел. Когда дверцу открыли, сел на заднее сиденье, сердито спросил:

– Дремлете? Устали от тяжких трудов?

Илья Карцев, сидевший за рулем, весело ответил:

– Солдат спит, служба идет, господин полковник.

Развалившийся рядом с ним Борис Гаврилов сел прямо, потер ладонями лицо, сверкнул золотым зубом, откашлялся:

– От безделья и на нарах задремлешь, не только на мягком сиденье.

Станислав взглянул на дом, в котором жил Игорь, отметил, что из машины подъезд просматривается плохо, товарищеского тона не поддержал, сухо произнес:

– Доложите обстановку.

– Так она не меняется, – с обидой в голосе ответил Карцев. – Парень на улицу не выходил, приезжал Фокин, пробыл двадцать пять минут, уехал. – Оперативник поднес к глазам блокнот. – Приезжал в двадцать два, убыл около половины одиннадцатого. Разговор вели обычный. Игорь жаловался, что жизнь надоела. Фокин успокаивал, мол, терпи, парень, скоро веселее станет.

– Фокин всегда приезжает утром, чего он сегодня заявился к ночи? – спросил Станислав.

– Мы не спрашивали, господин полковник. – В голосе Карцева звучала насмешка.

Крячко разозлился: получают бешеные деньги, пустяковую работу выполняют, словно одолжение делают. Нестеренко прав, норовистых парней следует рассадить по разным машинам. Станислав гнев сдержал, сказал спокойно:

– Что не спрашивали – молодцы, а задумались? Здоровому молодому мужику вечером делать нечего, что он к парню заглянул? Ничего необычного в поведении Фокина не заметили, он, как всегда, был с сумкой?

Илья Карцев запсиховал. После того как он побывал в руках Фокина, оперативник начал мучиться комплексом неполноценности. Он не помнил, назвал ли телефон Гурова или нет, но, судя по тому, как быстро и легко его отпустили, видимо, назвал. Теперь Лев Иванович пропал. Генерал и Крячко морочат оперативникам головы, от разговора уходят, обрывают, мол, занимайтесь своими вопросами и не лезьте туда, куда не следует. Карцеву казалось, что полковник Крячко начинает никчемный разговор, цепляется, ищет против него, Ильи Карцева, компрматериал, хочет избавиться.

После похищения и беседы с «врачом» генерал Орлов разговаривал с Ильей, и оперативник понял, что Петр Николаевич на его стороне, а полковник Крячко против. Вот теперь цепляется за невесть что, хочет достать.

– Я спрашиваю, – спокойно продолжал Станислав, – Фокин приезжал с сумкой?

– Ясное дело, он же продукты привозит, – ответил Карцев вызывающе.

– Сегодня особенно расстарался, две приволок, – добавил Гаврилов.

– Как это две? – рассердился Станислав. – Почему не докладываете? Сколько жратвы можно в двух сумках принести?

– Так одну, которая побольше, Фокин назад унес. – Карцев слегка повысил голос.

Уже предчувствуя недоброе, Крячко спросил:

– Если ему сумка не нужна, зачем он ее из машины брал? Ему нравится вещи взад-вперед таскать? Вы наблюдение ведете или в подкидного здесь играете? Посторонние в подъезд заходили?

– Вроде не было. – Гаврилов пожал плечами.

– Вроде или не заходили? – севшим от сдерживаемого гнева голосом спросил Станислав. – Я наблюдение не веду, но знаю: в подъезде всего восемь квартир, знаю, кто живет.

– Посторонние не заходили, – уверенно ответил Карцев.

– Но выходили, – исключительно на интуиции утвердительно сказал Станислав.

Оперативники переглянулись, поняли, что попались, Карцев взял инициативу на себя, быстро заговорил:

– Виноваты, Станислав, мы проморгали, когда девица пришла, убежала она без двадцати одиннадцать.

Крячко понимал, злиться на дураков бессмысленно, необходимо вытряхнуть из них максимум информации.

– Какая девица? – спросил он. – Сколько лет, как выглядит?