— Нет. Мы начали копать вокруг храма Артемиды Ортии, если хочешь, можешь прийти туда взглянуть. — Она бросила взгляд в окно. — Солнце уже заходит, сегодня вечером мы ничего там не увидим, но приходи на раскоп завтра утром, поищем.

— Я приехал с внуком Людвига Петера и профессором Сэбжам, она египетский археолог.

— Никаких проблем. Ты поужинал?

— Я… нет, — ответил я, мысленно представив себе салат, оставленный на столе в ресторане гостиницы.

— А если я приглашу тебя в «Митру», как в старые добрые времена?

— Пойдем в «Митру».

Мы провели приятный вечер, вспоминая раскопки и друзей, потерянных из виду. Незадолго до полуночи, когда мы уже пили кофе, к нам присоединился муж Фано, элегантный мужчина лет сорока. По профессии чиновник муниципалитета, он страстно интересовался античностью и в общении был доброжелателен и легок. Они довезли меня до гостиницы и уехали только тогда, когда я исчез за ее дверью.

Вот уж никогда не ожидал, что наша встреча пройдет так дружески, и, конечно же, у меня не было повода остаться недовольным. Эта приятная неожиданность заставила меня отвлечься от напряженности, возникшей между моими спутниками и мной. Но когда я вошел в номер, который делил с Гансом, тот не смог удержаться от ехидного замечания:

— Ну как? Она хороша, эта администраторша?

Я предпочел промолчать и повернулся к нему спиной.

Назавтра утром, как я и надеялся. Амина взяла себя в руки. Я с облегчением снова увидел полную сил улыбающуюся женщину, с которой меня связали дружеские отношения. Ганс, напротив, казался каким-то хмурым.

— Ты чего такой мрачный? — спросила Амина. — Плохо спал?

— Нет, все в порядке. Что вы на самом деле надеетесь найти в руинах? Табличку с надписью «Здесь покоится Ахилл»?

— Что-то вроде этого, — вздохнул я. — Ну, в путь.

Солнце было еще низко, мы воспользовались прохладой и, чтобы размять ноги, пешком прошли по проспекту Палеолог до северной границы города. Потом миновали stadium [73] и свернули направо, в сторону Эврота.

Остатки старого города были обнесены решеткой, и мы обратились к сторожу.

— Да, профессор Варналис меня предупредила, мы вас ждали. Проходите, профессор Лафет.

Мы проследовали за ним до руин храма Артемиды Ортии, где, как муравьи, копошились археологи. Большинство из них были ровесниками Ганса или чуть старше, никого из знакомых я не увидел.

Сектор раскопок был тщательно разделен на одинаковые участки, ограниченные колышками с натянутыми на них веревками и утыканные табличками. Неподалеку виднелись две хозяйственные постройки в виде бунгало, но я сомневался, что там хранится много находок. Спарта — город, приводивший в отчаяние своей археологической скудостью еще в те времена, когда исследователи прошли первые пласты и археологи лишь приступали к фундаментам. С тех пор, насколько я мог судить, мало что изменилось.

— Так это и есть твой античный город? — состроив гримасу, спросил Ганс.

— А что ты ожидал здесь найти? — поинтересовалась Амина.

— Колонны, храмы, ну, не знаю что. Здесь нет ни единого фрагмента какого-нибудь сохранившегося памятника!

— Ты преувеличиваешь. Посмотри вокруг.

— Остатки стенки! И это Византия!

Фано вышла из бунгало и махнула нам рукой. Познакомившись с моими спутниками, она предложила нам пройтись по раскопу.

— Мы думаем, что жертвенник Ахилла — ведь именно он вас больше всего интересует? — был в акрополе, вон там, около святилища муз.

— Простите меня, но где вы видите акрополь? — вмешался в разговор Ганс.

— Вон там. Прямо перед вами. На северо-западе.

Мой стажер посмотрел на небольшой холм с торчащими кое-где каменными блоками, расположенными в шахматном порядке, на который ему указала Фано, и плечи его опустились.

— А… вижу…

— Погодите, вы скоро поймете… — Фано, которую позабавило разочарование Ганса, вытащила из-за пояса план раскопа и развернула его перед ним: — Вот жертвенник Ахилла. А вот здесь — храм Геракла.

Чем больше Ганс рассматривал тщательно составленный план и оглядывал то, что его окружает, тем больше кривилась его физиономия.

— То ли у вас такое неуемное воображение, — сказал он, — то ли мне нужны очки, потому что лично я вижу только куски гипса и холмики земли. А настоящих руин у вас нет?

Моя коллега посмотрела на него и расхохоталась.

— Этот план был составлен при основании города и по античным источникам, Ганс, — вступил я в разговор. — Вид с самолета мог бы тебе… А это что? — спросил я, указав пальцем на красные завитки вокруг храма Артемиды.