О:Вроде как вы сумлеваетесь, сэр. Овечка да ярочка — одна парочка. Помнилось мне, ошибся.

В:Точно ль спутали?

О:Мне довольно слова мистера Бартоломью. Вернее, того, что передал мистер Лейси. Коль им ладно, так и нам годно.

В:Часто с ней беседовали?

О:Редко, сэр. С первых же минут она выказала себя жеманной недотрогой. Конечно, ныне курица — и та фурится. В дороге иль за столом взглядом не одарит — дескать, мне недосуг. Не зря имечко-то французское.

В:Для горничной не чрезмерно ль этакое жеманство?

О:Да нынче они все такие, сэр. Говнюхи, а корчат из себя леди.

В:Не выражаться мне!

О:Прошу прощенья, ваша милость.

В:Другого ее имени не знаете?

О:Нет, сэр, откуда?

В:А как зовут ту, что служит у Клейборн?

О:Не ведаю, сэр, и напарник мой, что указал на нее, тоже не знал. Сказал лишь, что она лакомый кусок и кличут ее Стыдливицей. Похоже, господин, кого мы принесли в портшезе, направлялся к ней. Маркиз И., сэр.

В:В ту пору вы служили носильщиком?

О:Да, сэр. Бывало, что ничем иным на жизнь не заработаешь.

В:Туда частенько доставляли пассажиров?

О:Случалось, сэр. Куда закажут.

В:Но так и не узнали имен шлюх?

О:Нет, сэр. Прознал только, что там самые отборные девки и к ним наведывается половина всех богатеньких старых пердунов… виноват, сэр, всей лондонской знати.

В:Вы уверены, что ваша попутчица и та шлюха не одно и то же лицо?

О:Как пить дать, сэр.

В:Не спрашивали сию Луизу, откуда она родом и прочее?

О:Не единожды, сэр, пока добирались до Эймсбери. Мол, давно ль в горничных, у кого служила. Но она была скупа на слова, что твой сквалыга. Совсем не из болтушек.

В:А что сказывала про ту ночную отлучку в Эймсбери?

О:Напрочь все отрицала, сэр, потом озлилась, аж всю ее перекосило, вот тогда-то я и понял, что она врет.

В:Скажите-ка, прежде чем узнать, что Дик гостит в ее постели, вы замечали меж ними приязнь?

О:Да любому было видно, сэр, что парень втюрился — глаз с нее не сводил. Служил хозяину, а угождал ей.

В:Как так?

О:Ну, еду ей относил, поклажу ее таскал и прочее. Все как в присказке: куры да амуры, да глазки на салазках.

В:Но девица столь открыто не выказывала свои чувства?

О:Она хитрее, сэр. Обращалась с ним как с собачонкой. Но после Эймсбери, когда все вышло наружу, почти и не таилась. Едут вдвоем, так она прильнет к нему, точно дитятко або женушка.

В:Вопреки жеманству?

О:Как говорится, все бабы одним миром мазаны, сэр.

В:Где она сидела — перед ним иль позади?

О:Поначалу унасестилась, как положено, сзади, точно попугай на жердочке. А на третий день перебралась вперед — дескать, на холке ей мягче. Сказала б прямо — поближе к тому, что у парня промеж ног, да простит меня ваша милость.

В:Вы б справились, может, они женаты.

О:Не стал, сэр. Мистер Лейси шепнул мне, чтоб больше ничего не вынюхивал, а то еще не дай бог решат, что я, по его указке, шпионю за мистером Бартоломью. Я прикусил язык и сказал себе: видать, бабонька опасается насмешек над своим выбором и ради моего же блага меня сторожится.

В:Поясните?

О:Что ни говори, сэр, девица она смазливая. На красивый цветок летит и мотылек. Думаю, она все прочла в моем взгляде.

В:Хотели приволокнуться?

О:Можно б, сэр, ежели б она допустила. Вмиг смекнул бы, что она такое и верна ль моя догадка насчет стада мамаши Клейборн.

В:Что-нибудь еще об ней скажете?

О:Ничего, сэр.

В:Значит, с последнего дня апреля вы не слыхали об ней, Дике и его хозяине?

О:Нет, сэр.

В:И в газетах не встречали заметок?