–  Да нет, только что! Едва взошло солнце.

Только что!

Душа Ивана пела! А за спиной болтались кое-какие вещички, а именно - обширный, украшенный блестками камзол Прохора и пара рваных рубах - штаны парни не отдали, впрочем, те тоже были рваные. Рубахи бы продать - этакую рвань. Хотя, оно, конечно, все чистое, стираное. Да, еще ножичек имелся! Хороший такой, длинный, подобранный Митькой на мостках. Иван сейчас лелеял желание выгодно обменять его на шляпу и перевязь. Слава богу, на башмаки хватило денег от Митькиного камзола, удалось по пути продать торговке рыбой, а теперь нужно побыстрее реализовать остальное. Да и еще не забыть купить книгу! Любую, главное - потолще, посолиднее. Эх, не хватит денег, книга - дело недешевое. И все же… И все же с книгой - все равно с какой - было бы лучше, имелись на этот счет у юноши кое-какие мысли.

–  С «Ла Серна», королевской галеры, сегодня ночью сбежали каторжники!
– Иван на ходу ловил тревожный шепот рыбного рынка.

–  Десять человек.

–  Какое - десять? Пятьдесят! Они захватили соседнее судно… На нем и уплыли! А «Ла Серн» с утра бросился в погоню.

–  Думаете, нагонят?

–  Как ветер…

Ага, улыбнулся Иван. То-то он галеры в гавани не видал. Значит, и впрямь ушла… Замечательно!

–  А еще волнами на берег несколько мертвецов выбросило. Говорят - эти несчастные с того, захваченного бежавшими галерниками корабля.

Иван обернулся:

–  Не скажете, есть ли здесь поблизости книжная лавка?

–  Книжная лавка? Гм-гм… Вроде бы есть что-то такое у церкви Святой Катерины.

–  Да-да, там есть скрипторий, вернее, был когда-то… А теперь…

–  Нет, не типография. Типография в Кане. А вам что за книги нужны, месье?

–  Да любые… Подарок хочу сделать кузену-студенту.

–  Так идите к церкви, не прогадаете. Во-он, видите, колокольня? Так вам туда.

–  Спасибо, добрые люди, да хранит вас святой Этьен!

У церкви Святой Катерины, значит… Это плохо, что у церкви, - там до сих молится бежавший послушник Грегуар. По крайней мере, должен молиться, ну, если что, ребята проследят: Грегуар ведь их и видал-то всего один раз, и то мельком - во дворике аббатства Мон-Сен-Мишель, узнать не должен. Только бы не попались властям - подозрительные полуголые оборванцы! И только бы слова того общительного козопаса оказались правдой. Нет, говорил он, конечно, много всего, и больше - ругательного: про судейских, про ночную стражу, про чиновников… И про местного прево, конечно. Вернее, не столько про прево, сколько о его страсти к крепкой яблочной водке. Ох, и чего только не наслушались за ночь!

А вообще, козопас оказался человеком хорошим и не из пугливых, надо признать. Хотя, с другой-то стороны, чего ему бояться каких-то бродяг, имея рядом двух волкодавов? Вот и пустил на ночь к костру - какие-никакие, а все собеседники. Расстались вполне довольные друг другом. Чересчур общительный козопас получил собеседников, а те - куда больше: кусок козьего сыра, лепешку из пшеничной муки, сидр, отдых, просушку, ну и конечно же, информацию, она-то и была самым ценным.

Ага, вот и церковь Святой Катерины. Длинная, просторная, деревянная. А вот и колокольня - выстроена отдельно. Внизу - приземистая, вверху - не сказать, чтобы легкая, но… в общем, мощная. В такой можно вражескую осаду пересидеть.

Подойдя к паперти, Иван огляделся… Да где же они?

–  Тут я, Иване!
– высунувшись из-за кустов, помахал рукой Прохор.

Выглядел он настоящим бродягой - босой, в рваных штанах, с голой, поросшей светло-рыжим волосом грудью.

–  Где?
– подойдя, коротко спросил Иван.

–  Там. Молится.
– Прохор кивнул на церковь.

–  Что-то уж больно долго… Точно - там?

–  Там, там. Я только что заглядывал.

–  Ну, сторожи дальше.
– Иван задумчиво потер подбородок и вдруг озадаченно вскинул глаза.
– А Митька где?

–  К судейскому здешнему пошел… как его?

–  К прево?

–  Ну да, к нему. Ему, Митьке-то, вишь, милостыню хорошо подали - рубаху с козьей жилеткой себе прикупил и пошел к прево. Разузнаю, говорит, что там к чему… Заодно из дому выпровожу. Ну, как и договаривались…

–  Надеюсь, в этом ему повезет, - усмехнулся юноша.
– Пойду проведаю… Да, ежели что - знаешь, что с садовником делать…

–  Сделаем… - Прохор вновь укрылся в кустах.

А Иван, ускоряя шаг, направился по неширокой улочке в сторону городской ратуши, к зданию судебных заседаний. Хороший городок Онфлер, красивый! Везде аккуратно подстриженные деревья, зеленые лужайки, цветы. Мощенные булыжником улочки чистые, словно выскобленные. Даже страшно ступить!

Итак, никаких грамот при себе у паломника нет - это друзья выяснили сразу, как только настигли беглеца у церкви. Прохор живо его прижал, а Митька тем временем ощупал одежду - не было ничего! Ни под рясой, ни в поясе - нигде.

Не дурак оказался послушник, спрятал грамоты, чтобы с собой не таскать. Спрятал. Ну, и черт с ним, главное - сам нашелся. Теперь остались сущие пустяки - грамоты отыскать. Прохор предложил сразу - пытать, однако Иван от того отказался, знал: есть такие люди, для которых любая пытка - праздник. Фанатики называются. Вот и садовник этот, похоже, из таких. Потому свистнул Ивану да велел отпустить послушника. Однако глаз не спускать! Хотя, с другой стороны, куда тот денется? Наверняка ведь мессу выстоит… Ну, пусть Прохор следит… Однако где же Митька?