– Одного я не могу понять: за что мы с тобой тогда воевали?

Мах с недоумением скосился на друга:

– Как это – за что?

– Ну, земляне, они, ясное дело – какждый за свою страну, за политические интересы. А мы с тобой – даже не наемниками были. Так – машины для убийства…

Мах зло крикнул и вдавил педаль «газа». «Уазик» неприятно рыскнул.

– Не знаю, как ты – а я за родину воевал.

– За родину?! Ты что, забыл, где родился?

– Да, за родину. За Россию.

Теперь уж Гор принялся с удивлением рассматривать Маха. Хотя с первого взгляда видно: тот говорит искренне.

– Чего ты смотришь? – усмехнулся Мах. – Здесь ведь так: не может быть родиной просто планета. Слишком она разная. Здесь каждая страна – как целая планетная система. У нас воюют планеты, а здесь – страны. Разница только в масштабах. У них – финансовый кризис, у нас – Смута…

– Узел событий…

– Вот именно. И если выбирать свою сторону в этом Узле, то я выбираю ту, что меня тогда приняла, накормила, одела, та что нуждалась в моей помощи. И я всегда знал, что я защищаю. Я на стороне справедливости – и это тоже у меня в крови. Я же бывший Мусорщик…

– Мы же воевали с Мусорщиками…

– Вот то-то и оно, что приходится выбирать свою сторону. И если меня спросят, где моя сторона – так она здесь. А где твоя родина, Гор?

Гор задумался. Хороший вопрос. Где его родина? Плацена? Это родина совсем другого человека, того, что исчез и появился снова здесь, на Земле. Выходит, его родина – Земля? Планета, исполосованная границами и взаимной враждой? И ему, что же, тоже нужно выбрать эту маленькую родину с обгрызанными границами?

– Не знаю, Мах, – проговорил Гор. – Ведь мы с тобой вроде как всех землян защищать собрались…

– Так-то оно так, – сказал Мах задумчиво. – Только трудно защищать несколько абстрактных миллиардов. Лично я бьюсь за наш с тобой взвод, за лейтенанта нашего и за тех девчонок… Помнишь наши «самоволки»?

– Нет…

– А я помню!

Мах обернулся с неудобного водительского сиденья и поинтересовался:

– Что видно, Зиг?

– Дружище, твое сердце так фонит, что трудно разобраться, – пожаловался Зиг. – Скоро подъедем. Боюсь, что мы уже привлекли внимание компетентных органов… Как ты думаешь, а, Гор?

Гор был мрачен. Своими патриотическими рассуждениями Мах сбил его с мысли.

Гор же начинал думать, что вся эта затея никуда не годится – даже с его способностью Убеждения. Слишком много зыбких, неустойчивых «но» и «если».

– Дело не в компетентных органах, – сказал Гор. – Ты видишь Поджигателей, Зиг?

– Ты же знаешь – они хуже всех определяются, – ответил Зиг.

Это правда: хотя хитроумные приборы бывшего Эстета легко обнаруживали аномалии в рядах краткоживущих, Нюхачей и Поджигателей отыскать сложнее всего. Так и задумано: какой толк от них толк, если они не сумеют раствориться в плотной массе аборигенов?

Сейчас же складывалась небывалая ситуация: впервые Миму требовалась помощь Поджигателей – злейших врагов, для которых он сам – всего лишь добыча, ценный трофей, добыча которого сулит повышение по службе.

– Все, Мах, поворачивай обратно, – сказал Гор. – Все, кому надо, уже в курсе, что мы побывали здесь. Жми в город.

– Думаешь, сработает? – усомнился Мах.

– Ничего я не думаю, – криво усмехнулся Гор и достал из кармана куртки линер. – Живодер, слышишь меня?

– А то как же, – произнес Живодер совершенно естественным голосом – словно он реально присутствовал здесь, сидя на заднем сиденье рядом с Зигом. – Отслеживаю ваше перемещение. Пока не увидел ничего особо интересного…

Линер – невзрачный прибор, позволяющий связываться практически с любой точкой Галактики, привел бы в смятение земных электронщиков. Оставалось надеяться, что его работа на Земле так же заставит напрячься агентуру Конгломерата.

Пока еще не придумано лучшего способа тайной войны, чем банальная «ловля на живца».

– Враг пока никак себя не проявляет, – продолжил Живодер. – Ждем вас… Погоди, тут Инла что-то сказать хочет…

Мах покосился на Гора, хмыкнул.

– Гор, милый, ты там осторожно… – жалобно сказала Инла. – Это же Земля… Что вы там делаете?

Мах вовсю скалился, Гор отчего-то покраснел.

Все женщины одинаковы – и всегда говорят любимым мужчинам «под руку», причем, одни и те же банальности. А, может, это просто запрограммировано на уровне инстинктов – что-то вроде опознавательного кода, типа «свой – чужой»?

– Все в порядке, Инла, – коротко сказал Гор. – Едем в город по делам…

Мах прыснул со смеху.

– Следи за дорогой! – проворчал со спины Зиг.

– Внимание! – в разговор ворвался еще один женский голос. – Ваш линер сканируют! Отключаю линию!