Я почувствовал, как тревога понемногу отпускает меня. Сначала Росс, теперь это волшебное превращение. Оставалось одно препятствие, но достаточно серьезное: Бернстайн. Бесс, правда, говорила, что сможет с ним справиться, и сейчас, глядя на нее, я уже в этом не сомневался.

– Они уехали?

– Да. Можешь считать, что миллион у тебя в кармане, Бесс. Шериф даже не решился тебя допросить. Он страшно боялся, что это может тебе не понравиться и ты не дашь им денег на этот дурацкий парк аттракционов. Так что мы почти у цели. Теперь все зависит от Бернстайна.

Она посмотрела на меня с задумчивым видом, но я не смог ничего прочитать в ее глубоких глазах.

– Ничего подобного, Кейт. Сейчас все зависит только от меня.

В этот момент мы услышали шум подъехавшего автомобиля.

– Приехал, – пробормотал я.

Посмотрев на нее в последний раз, я увидел, что Бесс в чем-то неуловимо изменилась. Ее взгляд сделался грустным, слегка растерянным.

– Ни во что не вмешивайся, – решительно заявила она и, когда раздался звонок, отправилась открывать дверь.

В гостиной продолжалось совещание между Бесс и Бернстайном, когда прибыла санитарная машина и из нее выскочили два крепких парня с носилками. Я пошел с ними и распахнул дверь гаража. Пока они занимались там своим невеселым делом, я решил немного прогуляться по саду. Теперь уже можно было твердо надеяться, что нам с Бесс удастся выйти сухими из воды. Правда, многое будет зависеть от позиции, которую займет коронер, но я почему-то был уверен, что Олсон, Пиннер и Мак-Куин поговорят с ним и он сделает все как следует. Ведь теперь миссис Маршалл становилась весьма важной персоной в Уикстиде.

Но вот, сколько я ни ломал голову, мне никак не удавалось понять причину столь сдержанного поведения Росса. Может быть, Пиннер провел с ним «разъяснительную беседу»? Ведь хотя в нашей версии все было действительно ясно и логично, помощник шерифа при желании мог бы, пожалуй, задать нам с Бесс целую кучу достаточно неприятных вопросов. Но он этого не сделал, и его неожиданная покладистость мне совсем не нравилась, хотя я и не смог бы объяснить почему.

Теперь Бесс. Конечно, сюрпризов с ее стороны быть не должно, ведь мы оба замешаны в этом грязном деле. Но все-таки она почему-то вызывала у меня чувство беспокойства. Может быть, подумал я, мне удастся заключить с ней полюбовное соглашение и обойтись без женитьбы, но действовать тут придется крайне осторожно.

Услышав, что санитарная машина уехала, я встал и вернулся в дом. Дверь гостиной была открыта; на пороге стоял Бернстайн с сигарой в зубах. Увидев, что я собираюсь подняться к себе, он жестом пригласил меня подойти.

Я вошел в гостиную. Адвокат ждал меня с каменным выражением лица.

– Садитесь, Девери. Не слишком-то вы удачно справились с поручением…

Я сел в кресло и посмотрел ему прямо в глаза:

– Что вы имеете в виду?

– Если бы вы не забыли эту бутылку в машине, сейчас Фрэнк был бы еще жив.

– Вы так считаете? Разрешите в таком случае сказать вам одну вещь, мистер Бернстайн. Невозможно помешать пьянице пить. Если бы этого не случилось сегодня, то же самое могло произойти завтра или через два дня.

Он долго смотрел на меня, затем пожал плечами:

– Ну ладно… Отныне я представляю интересы миссис Маршалл. Сколько вам платил Фрэнк?

– Семьсот долларов в неделю.

Он достал бумажник, вынул из него семь стодолларовых купюр и положил их на стол.

– Я хочу, чтобы вы пока оставались здесь, Девери. Следите за домом и садом, гоните в шею всех любопытных, которые, конечно же, появятся здесь. Я увожу миссис Маршалл в Сан-Франциско. Моя жена позаботится о ней, пока я буду приводить в порядок ее дела. Вы будете жить здесь до тех пор, пока дом не будет продан. Договорились?

– Она продает дом? – с удивлением переспросил я.

– Да, она не хочет здесь жить, и я ее прекрасно понимаю.

– Хорошо, мистер Бернстайн, я согласен.

– Отлично.

В этот момент Бесс появилась на пороге гостиной. В руке у нее был небольшой чемодан. Бернстайн, словно подброшенный пружиной, вскочил с кресла и освободил миссис Маршалл от этого груза.

– Девери согласен остаться в доме, миссис Маршалл, – объявил он. – Пройдите, пожалуйста, к машине, я вас сейчас догоню.

Я внимательно посмотрел на Бесс. Она была совершенно убита горем, другого слова не подберешь. Влажным платочком, зажатым в руке, она то и дело промокала глаза. Видимо, перед выходом Бесс намочила его под краном в ванной. Образ безутешной вдовы был создан ею с таким блеском, что даже я чуть было не поверил в него.

Бесс слабо улыбнулась мне на прощание.

– Большое вам спасибо за все, что вы для нас сделали, – проговорила она слегка дрожащим голосом. – Мистер Бернстайн обещал помочь мне хоть как-то устроить свою жизнь.