– - Опять папочка с мамочкой пихнули свою Ряску.

Бабушка Чопорова по-доброму сказала Злате:

– - Сегодня их напечатали, завтра тебя. Ты же гимнастка, чемпионка.

– - Станешь тут чемпионкой, -- и вдруг Злата стала жаловаться бабушке на сломанную руку, на тренера, который всё ругается, что Злата шлёпается с бревна и на тётю Нелю из мужского зала за то, что она всё норовит подстричь Злату коротко-коротко, как мальчика. И я поняла, что Злата одинока почти так же, как я. Все девочки, и на гимнастике, и в школе, чувствовали в ней соперницу, не любили её, завидовали ей. Я Злату ненавидела и тогда, и сейчас. Но после этого случая я стала ненавидеть Злату наплывами. Когда она чисто сердечно, по-детски стала жаловаться бабушке Чопорова, я была поражена. Злата! Злата, которая унижала и обзывала меня, Злата, которая била меня, лежачую, в раздевалке, искренне жалуется, не боится, что её засмеют. Она очень расстроилась, что в газете не её фотография, а наша с Чопоровым, и не скрывала это, не обзывала меняс Чопоровым придурками, она просто сильно расстроилась, что не она попала в газету- ведь она была ши-икарная ворона в длиннющем плаще на стремянке. Конечно же в газете знали, чья я дочь. Но я тогда нисколько не пожалела, что там наше с Чопоровым фото, тем более, что Чопоров оказался самой прикольной мышью на свете.

33. Последний май

Апрель прошёл спокойно. А в мае Злата опять отомстила мне. У Дэна был день рождения, на первом уроке все, кто хотел, поднимали руки и его поздравляли его. Я пожелала Дэну оставаться всегда таким же честным и красивым. Евгения Станиславовна похвалила меня за такой пожелание. А Злата стала меня передразнивать.

В это день на физре мы играли в перестрелку в холодном спортивном зале. Случайно или нет, но Эльвир Михайлович поставил нас с Дэном в одну команду. Мы стояли в поле и нас выбивали. Злата и Макс, да и Фидан с Чопоровым. Фидан теперь чаще, чем обычно приставала к Чопорову - не обзывала, а просто, копируя отношения Златы и Дэна, старалась быть рядом назло мне, но мне на Чопорова было наплевать: пусть хоть десять фидан вокруг него крутятся.

Шла игра. Меня редко выбивали, часто я оставалась последней и выручала команду. Но тут Макс выбил меня одной из первых. Мяч больно ударил меня по руке.

– - Выходи Ряска, -- заорал Макс.

Но я не вышла. Из вредности, назло, вопреки всем правилам. Просто сказала, что это было нечестно, мне было обидно, что меня выбили. Я думала: Макс сейчас начнёт ругаться, а я пока успею отбежать от стены, к которой я была оттеснена однокомандниками, зло понукавшими меня. Мяч вдруг оказался у Чопорова. Макс подбежал к нему, вырвал мяч из его рук и сильно, вложив всю злость и в общем-то справедливое возмущение, кинул мяч не в меня, но, как мне казалось рядом со мной. У Макса всегда была хорошая реакция, он правильно рассчитал. Я метнулась от стены, ограничивающей мою маневренность, в центр. Тут мяч и настиг меня. Он попал мне в висок. Удар был настолько сильный, что я присела от боли. От боли же завыла! Когда я убрала руку от виска, потекла кровь. Эльвир Михайлович повёл меня к медсестре.

– - Это всё Чопоров, Чопоров!
– кричала Фидан. И все начали шептаться:

– - Пузырь Ряске зафенделил!

В классе Мумия стала разбираться, что произошло.

– - Это Чопоров в Ривцову попал!
– уверяла Мумию Фидан.

Злата, как ни странно молчала.

– - Арина! Кто в тебя попал?

Я решила промолчать - папа учил никогда после происшествия ничего не говорить. С Дэном я обожглась, наговорила на него. Поэтому сейчас я просто стала чаще сопеть и пыхтеть, вроде как опять собираюсь заплакать.

– - Да Макс в неё попал, -- сказала вдруг Злата.

Фидан пыталась спорить со Златой, но все вдруг стали говорить:

– - Это Монахов! Это Монахов!

– - А чего она не выходила, я же её выбил!
– поняв, что не удастся свалить всё на другого, крикнул Макс бабским скандальным тоном.

Удивительно, как Фидан перевирала факты. Я Дэна ударила, и не раз, а она сказала, что я толкнула. Макс бросил мяч, Фидан сказала, что это Чопоров... То ли она со зла или из вредности, то ли Фидан виделавсё как-то иначе.

Ещё долго я ходила с синим виском. Рана быстро зажила. Но мама никак не могла понять: как мог мяч так оцарапать кожу. Эльвир Михайлович, испугавшись, перевёл меня в группу лечебной физкультуры, и я теперь занималась на разных тренажёрах, каталась на огромных надувных мячах. Это мне очень нравилось. Особенно то, что никто меня не оттесняет к стене и не говорит:

– - Пошла отсюда, Ряска.

После случая на перестрелке мама купила мне Барби. Мама ненавидела этих кукол, а тут купила Барби и приказала взять в школу. Кукла мне очень понравилась. Мне хотелось похвалиться. Но я переживала: вдруг вшколе отнимут и испортят. Девочки обступили меня. Из их разговоров я узнала, что это какая-то особенная Барби из последнего мультика, я узнала, что скоро выйдет игра по этому мультику. Все просили меня эту куклу. Я всем давала, кроме Златы. И Фидан вдруг опять захотела стоять со мной в паре. Но я заявила, что теперь я только с Чопровым и только в последней паре.

И после этого девочки стали со мной общаться. В течение двух последующих лет я носила в школу самых дорогих, самых разнообразных Барби и Братц, и мама стала покупать мне журнал с комиксами.

– - Человека легко купить, -- говорила мама.
– Это просто.

Если где-то очень плохо, то где-то будет хорошо. Мама всегда так меня убеждала.

"Хорошо" пришло оттуда, откуда мы совсем и не ожидали.

В мае мы с Чопоровым заняли третье место в вальсе среди младшей группы на областном первенстве. Я и ехать -то с ним не хотела во Владимир, где проходил традиционный конкурс. А после награждений я, радостная-радостная хотела забрать кубок с надписью "3 место. Категория: 8-9 лет. Вальс", но наш педагог Елена Николаевна сказала отдать кубок Чопорову. Я не расстроилась, я стала привыкать к тому, что я "как все". Елена Николаевна сказала мне:

– - Тебе повезло, Арина, что ты с Серёжей и танцуешь и учишься. Береги его! Не обижай!

Костик злился, он ударил Чопорова, толкнул в грудь и сделал подсечку. Я с такой злостью накинулась на Костика. И хоть он был на два года старше меня, я его напугала, сделав свой коронный колено-кулак-плечо. Костик упал, стал подниматься. Я заломила ему руку и ударила в пах. Так держала и била.

Я спиной почувствовала, что Чопоров хочет мне помочь, и крикнула:

– - Не лезь Серёжа! (Второй раз в жизни я назвала его по имени).