«Если есть что-то, что может сделать сложную ситуацию хуже, я обязательно это найду. По-моему, я от тебя этому научилась». Никки заставила себя слабо улыбнуться.

«Я думаю, что ты научилась этому еще до того, как я появилась в поле зрения». Она заметила усталость на лице Никки. «Милая, может, ты приляжешь и попытаешься немного поспать?»

Никки взглянула на нее. «Я не хочу, чтобы ты уходила».

«А я никуда не собираюсь. Я пока помою посуду. Да и потом, я нашла у тебя книгу, которою еще не читала. Так что найду, чем себя занять. Я разбужу тебя, когда придет время, чтобы нам с тобой сходить куда-нибудь».

«Серьезно?» Никки выглядела недоверчиво.

Хелен ощутила, как ее сердце сжалось, когда она легонько погладила Никки по щеке. Неужели ее действия настолько разрушили доверие к ней, что Никки не верит даже самым элементарным ее обещаниям. «Я буду рядом, когда ты проснешься».

Никки посомневалась, но, видимо, решила поймать ее на слове. Она встала с дивана и ушла в спальню. Через открытую дверь Хелен видела, как Никки закрыла глаза и свернулась на чрезмерно большой для нее кровати. Должно быть, она была совершенно обессилена, потому что всего через несколько секунд ее дыхание выровнялось и стало глубоким и спокойным.

Помыв посуду, Хелен попыталась почитать книгу, но слова не доходили до ее сознания. Прочитав одну и ту же фразу третий раз подряд, она просто сдалась. Потирая глаза, она поняла, что в течение последних ночей спала так же мало и беспокойно, как и Никки. И причины, похоже, были одни и те же. Хелен положила книгу на журнальный столик и, заглянув в спальню, посмотрела на мирно спящую там женщину. Дневной свет слабел, и в комнате начали сгущаться сумерки. Лишь несколько последних лучей заходящего солнца пробивались через маленькое окно и, падая на лицо Никки, придавали ей почти ангельское сияние.

В конце концов, Хелен не смогла сопротивляться усталости. Двигаясь как можно тише, она вошла в спальню, сняла обувь и пиджак, и легла рядом с Никки, которая пробормотав во сне что-то невнятное, повернулась на другой бок. Хелен обняла ее и, притянув к себе, переложила голову Никки на свое плечо.

«Тише, милая, это всего лишь я», – прошептала она.

Никки сонно что-то пробубнила и уснула снова, еле заметно улыбаясь. Нежно поцеловав ее в макушку, Хелен прильнула щекой к темноволосой голове и, закрыв глаза, моментально уснула.

Когда она проснулась, стемнело. Ощущение теплых губ, страстно целующих ее, полностью вырвало ее из сна. Хелен чуть слышно застонала, сонно обвила руками шею Никки и приоткрыла губы, принимая сладкое вторжение ее языка. Поцелуй был настолько опьяняющим, что она едва смогла сдержать крик, когда он, наконец, прервался, и теплое тело Никки внезапно отстранилось.

«По-моему, ты собиралась меня разбудить». Прохладный тон в голосе Никки развеселил ее, и Хелен улыбнулась в ночи.

«Похоже, я тоже очень устала».

«Вот как». Никки потянулась к лампе, стоящей на столике возле кровати, и зажгла свет. Лампочка была неяркая, но все же Хелен не была к этому готова, так что свет ослепил ее на какой-то момент. Прежде чем снять и бросить часы на край стола, Никки посмотрела на время. Она приподнялась на локтях и поглядела на Хелен. «Уже почти половина двенадцатого. Поздновато куда-то идти. Но мы всегда можем спуститься в клуб».

Снизу раздавались приглушенные звуки музыки, большей частью басы и ударные, так что невозможно было определить, что это за песня. Несомненно, вечер пятницы в Chix был в самом разгаре. Мысль обо всех этих людях, наполнивших клуб, вызывала у Хелен тошноту.

Она посмотрела в пленительные карие глаза и поняла, что не может вынести их взгляда. «Я не хочу никуда идти, – откровенно сказала она. – Я хочу остаться здесь, с тобой». Из-под ее закрытых век хлынули слезы. «Никки, я так сильно люблю тебя. Что я могу сделать, чтобы ты снова доверяла мне? Скажи, я сделаю все, что угодно». Она почувствовала, как слова перехватывают ее горло. «Ты хочешь, чтобы я умоляла, стоя на коленях?»

Никки вздрогнула. «Боже, нет, Хелен». Она приподнялась и слегка прикоснулась губами к губам Хелен, но даже это мимолетное прикосновение отозвалось в ней болью. «Понимаешь, сейчас дело уже даже не в тебе, любимая, а во мне. Я совершенно разбита».

Хелен закрыла глаза, ощущая, что ее сердце вырвано из груди и зажато в кулак. «Я никогда не хотела так сильно обидеть тебя».

«О, милая, это не ты». Она почувствовала, как Никки целует ее прикрытые веки, ощутила ее сладкое теплое дыхание, овевающее ее лицо. Она открыла глаза, когда Никки резко отстранилась и застонала. «Боже, неужели все это со мной сделала тюрьма?»

Никки села на кровати, свернув ноги по-турецки. Схватившись за голову, она беспокойно теребила свои темные короткие волосы. Хелен поднялась на локтях и обеспокоено посмотрела на нее. «Никки?»