Прекрасно обходящаяся и без супруга.

– И почему я не могу править одна, почему обязательно должен быть Император?

Охотничий нож коротко просвистел в воздухе, впиваясь в висящий на стене огромный альбом.

С его страниц смотрели портреты. Кандидатов в Императоры.

Спустя пять лет правления Императрицы Цириллы, высокое собрание все-таки преодолело страх и решило все-таки настаивать на свадьбе.

Их можно было понять, без наследника Империя была в шатком положении. Без наследника, кровного и законного, страна была в подвешенном состоянии.

И не важно насколько устойчивой культурно и экономически она была.

– И в чем проблема? Мы знали, что так будет. – Геральт примеривается в качающийся на стене альбом, скорее выбирая морду померзостней, чем действительно целясь. Раздается еще один короткий свист. Нож входит в стену по рукоять. – Наследника ведь все равно не будет. Так объяви об этом собранию.

– И получить хаос в верхних кругах? Когда они, наконец, поймут, какую свинью подложил им в моем лице дражайший Отец? – Цири выдергивает ножи из альбома и стены. – У них в Императрицах магичка, а наш недуг весьма распространен. Они уже прекрасно узнали то, что хотели. И осведомлены об условиях… наивные. Что я почти бесплодна, как в старом проклятии…

Цири аккуратно складывает ножи на стол, вместе с альбомом. Лица там весьма симпатичны. От нежных юношеских черт, до мужественных квадратных подбородков.

– Они правда думают, что красоты или приятного характера хватит?
– Она огибает стол, подбираясь к нему, сидящему в кресле.

Забирается к нему на колени, лицом к лицу.

Они целуются.

Медленно, неспешно, позволяя дыханию тяжелеть, а сознанию спутаться.

Когда на ней уже нет рубашки, а Геральт касается шершавой подушечкой пальца твердой горошины соска, потирая, прежде чем поцеловать.

Цири с полузадушенным всхлипом обхватывает его за голову и, срываясь, шепчет.

– Ты думаешь, что я захочу кого-то из них так сильно, как… - Она давится воздухом, с дрожью в бедрах привстает на трясущихся коленях, неустойчивая на мягкой обивке кресла, цепляется за его плечи. – Чтобы… зах… ка…

Геральт скалится, кресло скрипит, грозя сломаться, уже в который раз.

Ножи, альбомы и проблемы забыты.

Ненадолго, но так сладко. Вовремя и нужно. И даже правильно.

У них еще есть время придумать выход.

Время еще есть.

========== 4. ==========

Комментарий к 4.

В тексте использованы диалоги из игры.

Когда Регис спрашивает его с подначкой – не желает ли он, наконец, уйти на покой, остаться здесь, на Корво Бьянко… растить виноград, периодически охотиться на местных тварей, жить спокойно, Геральт только улыбается старому другу, рассеяно-задумчиво.

Он не знает ответа.

Регис открыл ему глаза своим вопросом.

Потому что вот сейчас, в этот момент, Геральт понял – так тоже можно.

Без дороги, без битв и того, что Лютик так опрометчиво и наивно зовет приключениями.

Можно жить – в доме, высыпаться на кровати, и правда, бить монстров ради тренировки и собственных земель.

Геральт с почти испугом смотрит Регису в глаза. Немой вопрос – я настолько стар?

Вампир хохочет, громко, распугивая кладбищенских воронов.

– Все возможно, друг мой. Ты не поймешь, пока не попробуешь.

Они расходятся только ближе к утру, к рассвету, начинающему окрашивать горизонт золотистым.

Регис куда-то далеко, в облике немного пьяно покачивающейся на потоках ветра птицы, он сам на Корво Бьянко.

Домой.

Мысль обжигает. Геральт резко натягивает поводья, так что Плотва взрывает копытами землю и протестующее ржет.

– Прости, девочка. – Шепчет он, принимая решение.

Он приедет, отдохнет, выспится и нормально поест. А потом начнет собирать вещи.

Это не должно занять много времени.

Дом – это не для него, судьба ведьмака – дорога. Так всегда было, так и будет.

Но все планы снова летят к чертям, потому что на пороге переминается взволнованный дворецкий.

И это может означать что угодно – от пожара на заднем дворе, до нападения. Меньшее не способно взволновать этого невозмутимого мужчину.

Подобное умение заставляет Геральта уважать Варнаву-Базиля. За профессионализм, ну и нервничать, потому что тот в таком состоянии.

– Что случилось?

– Ничего страшного, ваша милость. Просто должен вам сообщить, что вас дожидается посетитель?