Керкира пряталась в небольшом помещении возле тайного выхода из обители. Не для того, чтобы сбежать самой, нет. Надо было закончить это раз и навсегда. Маленький тёплый младенец, уже не кричащий, уснувший, что-то изменил в ней. Когда она в первый раз посмотрела в эти чистые серые глаза, почувствовала его тяжесть на своих руках, весь мир перевернулся. Случилось чудо - что-то, чего ни она, ни кто-либо другой не мог бы ожидать. И дело не в том, что жрицы не могут иметь детей, просто этот маленький космос, живой, имеющий душу, рождённый для великих свершений, несущий в себе кровь её предков был... Был. Не было, а теперь был. Чудо.

Авл ворвался в комнату, подобно быку. Голыми руками он расправился с двумя стражниками, поставленными защищать царицу ценой своей жизни. Один был торговцем. Он избегал податей и обворовывал покупателей. Но осуждён был не за это, а за то, что убил своего соседа в подогретом вином гневе, подозревая того в изменах с женой. Он до последнего не верил, что всё закончится вот так, и умирал с сердитым недоумением в глазах.

Второй был разбойником. Он убил много невинных людей ради звенящих монет. У него никогда не было ничего своего, он тратил так же легко, как и получал. Он устал от такой жизни и сдался сам. Умирал он с облегчением и благодарностью.

Ребёнок услышал шум и заплакал. Авл остановился в шоке. Лицо его побагровело ещё сильнее. Он разразился криком:

– Так вот оно что! Ты... ты решила погубить меня в войне с твоим скотским братом, а сама прячешь от меня моего ребёнка! Я ведь прав?

Керкира молчала и даже не смотрела на него. Она ничего не могла сказать, чтобы он поверил. Она успокаивала младенца, качала его так, как делают это все матери всех времён и народов.

– Молчишь! Захотела спрятать моего сына, чтобы не пускать меня к власти!

Он подошёл к женщине, схватил её за руку и рывком поднял на ноги. Мужчина протащил её к выходу, где в небольшом зале оставались его воины. С ним осталось всего пять человек.

– Братья, смотрите! Эта шлюха скрывала моего ребёнка!

Ответом был смех и одобрительные возгласы. Керкира заставила себя поднять глаза и посмотреть на этих людей. Обычные кортосцы, лица скрываются за шлемами с полумасками и густыми бородами. Обычные... Но какое же отвращение они у неё вызывали. Эти начищенные доспехи и кроваво красные плащи на брошах в виде конской головы, эти оскалы на их варварских лицах.

Откуда-то из здания послышались звуки борьбы. Мужчины перестали смеяться, схватились за мечи. Авл сказал своим людям:

– Кварт, Квинт, проверьте. Остальные, со мной, - а потом обратился к Керкире, - Что здесь происходит? Это ловушка?

– Я не знаю, милый Авл! Я не знаю! Я боюсь, это не мои люди. Из обители есть тайный выход, я могу провести вас туда. Там должны быть лошади.

Мужчина недоверчиво посмотрел на неё, но увидел лишь искреннюю мольбу в глазах. Подумав, он сказал:

– Веди.

Та кивнула. Авл отпустил её, ребёнок постепенно успокоился, и идти было легче. Они прошли несколько коридоров, соединённых незаметными низкими проходами и вышли на небольшой двор с маленькой конюшней. Там стояли лошади, больше, чем было стойл.

Авл дёрнул Керкиру за плечо:

– Это твои лошади? Почему они оседланы?

Ответил ему резкий мужской голос:

– О могучий Авл Марций, владыка Кортоса. До тебя всегда так медленно доходит!

Из-за конюшни вышел Птерелай в сопровождении отряда вооружённых людей. Авл и его воины достали оружие, но на каждого из них приходилось трое.

– Ты... Что ты здесь делаешь?!

– Пока твои люди гоняются за призраками по всей обители, я решил подождать тебя у выхода. Не хорошо отпускать гостей без провожатого.

Авл резко притянул Керкиру к себе, держа её одной рукой, поднеся меч в другой к её груди.

– Если ты не прикажешь своим людям пропустить нас, клянусь, я убью её.

Птерелай даже не изменился в лице.

– Валяй. Мне же лучше будет, ты убил законную царицу, я отвёз тебя в кандалах к Терцию Аквилию, получил его поддержку и правлю как единственный наследник. Давай, чего ты ждёшь?!

– Ты врёшь!
– ответил Авл, хотя голос его доказывал, что верит он в обратное, - Считаю до пяти, опусти оружие! Раз... Два... Три...

Мятежники даже не шелохнулись. Сердце Керкиры бешено билось.

– Четыре...

Он не успел досчитать. Один из его элитных, лично отобранных воинов, единым движением подскочил к Авлу и вонзил клинок в сочленение доспеха.

Мужчина не успел даже вскрикнуть. Его лицо скривилось от боли, и он ничком упал на землю.

– Убить всех, кроме предателя!
– крикнул своим неприятным голосом Птерелай, и его воины рванули вперёд.