– Он не знает. Они появились после того, как Валькирии собрали души пловцов на соревнованиях, - они снова посмотрели друг на друга. Меня уже начало раздражать, что они это делают.
– Что вы еще от меня скрываете?

– Кто-то рисует руны на Эрике, - сказала Кети.
– Он не сам становится злым, Лоррейн. Кто-то принуждает его обратиться.

– Отравляет его злыми рунами, - добавила Джаннетт.

Мардж подошла ближе.

– И если бы ты присоединилась к нам несколько месяцев назад, как и должна была, ты бы это знала.

Я сглотнула, в этот раз ее было сложно проигнорировать. Только тот, кто знает руны, мог проделать такое. Его родители? Или кто-то из Валькирий?

– Найди того, кто это делает, и останови его, пока не стало слишком поздно, - сказала Кети. Она протянула руку Мардж, та вытащила завернутый артавус, который она раньше пыталась мне всучить. Норна предлагала его мне.

Я с отвращением посмотрела на оружие.

– Я уже говорила, что не причиню Эрику вреда.

– Он для того, кто его отравляет, - объяснила Кети. Она взяла кинжал у Мардж.

– Если я это сделаю, Эрику станет лучше? Это состояние обратимо?

Норны в очередной раз обменялись взглядами.

– Боюсь, что нет, - сказала Мардж.
– Если он переживет это...

– Он переживет, - перебила я Мардж.

– Я не закончила, - сказала она, сощурившись, - если он переживет, ему придется научиться контролировать эту свою сторону.

– Действие рун нельзя обратить, когда они уже на твоем теле, - добавила Джаннетт.
– Сколько рун ты видела на нем?

– Много.

Джаннетт посмотрела на остальных.

– Он гораздо сильнее, чем мы думали.

– Делай, что угодно, чтобы остановить того, кто в этом виновен, и останови его, пока мы навсегда не потеряли Эрика, - добавила Кети.

В голове начали прокручиваться все возможные варианты. За этим могли стоять его родители. У них были возможности и мотив. Они уже давно хотели вернуться домой, но Эрик вынудил их остаться. Или они ненавидели жить здесь все эти годы. По крайне мере, они так себя вели. Чтобы поймать их с поличным, мне надо постоянно следить за Эриком. Даже ночью. Было только одно решение - увести его из дома, заручиться помощью Торина и по очереди следить за ним.

Я взяла кинжал в ножнах, посмотрела на часы и застонала. Прошла только половина перерыва.

– Я не могу таскать его по школе.

– Тогда спрячь его, - сказала Кети. Зеркало над раковиной превратилось в портал, через который я увидела свою комнату.

– Спрячь его там, где никто не найдет, - добавила Джаннетт.
– Даже твой дружок Валькирия.

Я широко раскрыла глаза и посмотрела на Кети, чтобы та подтвердила ее слова.

Она кивнула.

– Она права, Лоррейн. Тот, кто отравляет Эрика, может быть и Валькирией. Тебе никому нельзя доверять. Даже Торину.

Торин по-прежнему стоял снаружи, его кожу покрывали светящиеся руны. Он выглядел как какой-нибудь древний бог-воитель. Что он услышал? Голубые глаза стали колючими.

– Что она сказала?

– Точнее, что они сказали. Две другие ждали внутри.

В его глазах проскользнуло беспокойство.

– Чего они хотят?

– Как обычно, - я оглянулась и заметила, что коридор пуст.
– Обсудим позже. Иначе мы не просто опоздаем, миссис Бейтс отправит нас обоих к директору за то, что мы пропустили половину ее урока.

– Забудь про математику. Это важнее. Что они сказали?

Мне было необходимо время, чтобы переварить то, что я услышала от Норн, перед разговором с Торином.

– Можешь спрятать руны? Если кто-нибудь нас увидит, то подумают, что я разговариваю сама с собой. Снова.

Он ухмыльнулся и предложил мне свою руку.

– Тогда пойдем куда-нибудь и поговорим.

– Я не прогуливаю школу. Может, ты просто поколдуешь над миссис Бейтс, чтобы она не заметила нас или забыла, что нас не было на уроке?

– Не-а, - он встал посередине коридора и скрестил на груди руки.

Я застонала.

– Знаешь, это твое отношение «будет так, как я скажу» на мне не работает.

Он довольно улыбнулся.

– Без меня ты получишь прогул.

– Аргх, ты такой...
– я зарычала, развернулась и промаршировала к двери.

Я получила прогул и предупреждение - еще одно и в субботу меня оставят после занятий. Торин в это время уже сидел за задней партой и довольно ухмылялся. Я представила несколько средневековых пыток, специально модифицированных под него.