Оставил он ее одну!

Итак, однажды, на восходе,

Король при всем честном народе

Сказал возлюбленной жене:

"Надеюсь, что ты веришь мне,

Что я души в тебе не чаю.

Но я без матушки скучаю,

Душа моя без нее иссохла,

Сердце мое без нее заглохло,

И жить не в силах я, не зная,

Где матушка моя родная.

Позволь ненадолго уйти,

Дабы родную мать найти,

А если по пути случится

Мне в ратном деле отличиться,

То знай, что образом твоим

Я вдохновлен был и храним!.."

Кондвирамур его любила,

Словечко каждое ловила,

Что Парцифаль произносил.

Перечить у нее нет сил.

Она все стерпит, все снесет,

Но от тоски его спасет.

И говорит: "Иди, мой милый!

Лети, мой сокол быстрокрылый!"

При этом, как гласит преданье,

Смогла сдержать она рыданье,

Целуя мужа дорогого...

Так в дальний путь пустился снова

Отважный Гамуретов сын:

На этот раз совсем один...

V

Спешу заверить тех из вас,

Кому наскучил мой рассказ,

Что расскажу в дальнейшем

О чуде всепервейшем.

Но перед тем, как продолжать,

Позвольте счастья пожелать

Сыну Гамурета

Причина есть на это.

Сейчас ему как никогда

Грозит ужасная беда:

Не просто злоключенья,

А тяжкие мученья.

Но я скажу вам и о том,

Что все закончится потом

Полнейшею удачей:

Не может быть иначе!..

К нему придут наверняка

Почет и счастье... А пока

Он скачет по лесу, томимый

Разлукою с женой любимой.

Сегодня путь его пролег

Среди нехоженых дорог,

Средь мхов, средь бурелома...

Чем дальше он от дома,

Тем больше топей и болот...

Он бросил повод. Конь бредет

Сквозь чащу еле-еле...

Ну, а на самом деле

Синица, взмыв под облака,

Не перегонит седока,

Который, сам того не зная,

Несется, ветер обгоняя,

И коль предание не врет,

Еще быстрей спешит вперед,

Чем он летел туда, в Бробарц,

Покинув княжество Грагарц.

Уж вечер... Скоро месяц выйдет.

Но что сквозь заросли он видит?

Там озера блеснула гладь.

Ладью на озере видать.

И рыбаков. А посередке,

В кругу мужчин, сидящих в лодке,

Он замечает одного,

Кто не похож ни на кого:

В плаще роскошном, темно-синем,

Расшитом золотом... С павлиньим

Плюмажем... Будь он королем,

Пышней бы не было на нем

И драгоценнее наряда.

Герой с него не сводит взгляда

И спрашивает рыбака:

Что, далека или близка

Дорога в здешнее селенье?

Но что он видит в удивленье?

Сколь опечалился рыбак!

В его очах - могильный мрак.

Он грустно молвит: "Милый друг,

На тридцать - сорок верст вокруг

Жилья не сыщете людского.

Здесь нет селенья никакого...

А впрочем, добрый господин,

Тут замок - слышал я - один

Невдалеке виднеется...

Вам есть на что надеяться!

Спешите же скорей туда,

Где скал кончается гряда,

Но будьте крайне осторожны:

Глядишь, и оступиться можно!..

Чтоб в замок вас могли впустить,

Вы попросите опустить

Сначала мост подъемный

Над пропастью огромной.

Опустят если - добрый знак..."

"Что ж. Я поеду, коли так..."

"Вам надо торопиться!

Но бойтесь заблудиться!

Я это говорю к тому,

Что нынче ночью вас приму

Как гостя в замке этом,

С почетом и приветом.

Страшитесь же прибрежных скал!..

И, попрощавшись, поскакал

В тот странный замок Парцифаль...

"Коль этот юноша чудесный

Вдруг рухнет со скалы отвесной,

Клянусь, мне будет очень жаль..."

Сказал рыбак, безмерно грустный...

Но мчится всадник наш искусный,

Господней милостью храним,

И видит - замок перед ним...