– Отис!
– прохрипел он.
– Вытащите... парня!

А мечник всё ещё стоял посреди моста в сотне футов от "паука". Не падал. Не умирал. Его клинок чертил в утреннем воздухе широкие шипящие петли, заставляя жнецов держаться на расстоянии. Пешта и Энгольд уже подбегали, лязгая доспехами, подогревая себя криками ярости, готовые колоть и рубить. Им навстречу накатывался живой вал - десятки тварей, главные силы роя.

Сухо щёлкнул опустевший затвор. Рэлек шарил рукой по поясным клапанам, искал новый магазин, и его пальцы дрожали. Паника заливала рассудок, поле боя плясало перед глазами.

"Что с тобой, малыш?"

"Мы не устоим! Их слишком много! Нас сомнут!"

Отчаянная паника, дикая... чужая.

– Это морок!
– голос раненой ментали звенел от мучительного напряжения.
– Обморочники там, сзади... Не сдержу... Чейд...

Десятник понял, и решение принял мгновенно.

– Гранаты, Пешта! Гранаты!

На сей раз упрямый мечник послушался беспрекословно. На бегу забросив свой меч в ножны, он обеими руками рванул с пояса подвешенные там гранёные шары. И, ухнув, бросил их вперёд, куда-то за "скарабея". Энгольд, чуть запоздав, отправил следом ещё пару. Пригнуться им не дали лезущие напролом выродки.

Грянуло, ахнуло, воздух наполнился визгом осколков и воем изувеченных тварей, мост заволокло дымом. Из этого душного облака целую вечность спустя показался Энгольд, он волочил на себе Отиса, и тот даже не пытался ему помогать, сил у крепыша больше не осталось. А Пешта прикрывал их обоих, похожий с двумя мечами - своим и Отиса - на ветряную мельницу под ураганом. Мечник, бьющийся в две руки - редкое зрелище. И страшное. Прыгуна, выскочившего вслед за людьми из дымной завесы, он разделал, как заправский повар - рака. Отлетели срубленные клешни, рассечённое тело выгнулось, молотя шипастым хвостом. Последним ударом здоровяк оборвал агонию твари и попятился, подняв оба клинка...

Но это был конец. Дым развеялся и глазам пастырей предстал мост, усеянный мёртвыми и умирающими жнецами. Прервав атаку, волна роя откатывалась назад.

– Кончено, - пробормотал Венз, утирая со лба капли пота.
– Показали мы им почём нынче перец. Знай наших.

В голосе стрелка не звучало ни гордости, ни восторга. Похоже, он ни на медный тален не верил в то, что сказал.

* * *

– Дрянные наши дела, - подытожил Чейд.

– Мы живы, друже, - возразил ему Эммет, - и во второй раз к нам уже не полезут.

Он сидел на лавке в кузове "паука", а Хамид возился с его лицом, превращая голову ментата в белый кокон. Витал второй десятки боя не пережил, остался лежать возле изрешечённого пулями и осколками, лениво чадящего "скарабея", потому все раненые оказались в смуглых руках южанина.

– Может, и не полезут, - Чейд смотрел хмуро, - но и не уйдут никуда. И мы тоже никуда выйти не сможем. Машина у нас одна осталась.

– Ещё четыре лошади. Если посадить на них по двое...

– То мы даже из Мертвеца не выберемся. Приди в себя, Эм. У тебя трое раненых, Лойза ранена, ты сам едва на ногах стоишь, у Пешты осколок застрял в боку. Далеко мы уйдём с одним здоровым мечником? Вон они, твари, сидят среди завалов, смотрят. Видишь их? Вон там в кустах - обморочник, а там на крыше - рвач. Будь уверен, остальные тоже никуда не убрались, просто попрятались и ждут, пока мы вылезем на удобное место. Нас заперли надёжнее, чем барашков в загоне. И связаться с лагерем никто из нас не сумеет - проклятый Мертвец сегодня в ударе, нужно с дюжину Лойз, чтобы пробиться.

– Ладно, если мы не можем просто уйти, друже, то давай сами выманим их под наши пули. Заставим напасть и перестреляем.

Чейд долго молчал, сумрачно разглядывал обманчиво пустую улицу и Рэлек готов был поклясться - старые, почти триста лет как заброшенные дома тоже смотрят на десятника, недобро щурясь пустыми глазницами окон.

– Это верно, - произнёс, наконец, ментат, - оборониться мы сумеем. Но много ли с того толку, если рой вовсе не станет атаковать? Всё, что им нужно сделать - продержать нас тут до заката.

– Туча!
– Эммет скривился - похоже, целитель сделал ему больно.
– Чейд, это не люди, это твари, выродки! Они не могут соображать, как мы, у них инс-тин-кты! По части тактики и стратегии мы всегда им фору дадим, а будь иначе, Межа давно бы уже пала, и по всей Эсмагее ползали бы болги и мелькурты!

– Вас плохо готовили, брат Эммет, - заметила вдруг Меренга; она лежала на соседней лавке, глаза её были закрыты, но говорила менталь сейчас не мысленно, а вслух, и голос Лойзы звучал твёрдо: - Кто бы ни потратил силы на ваше обучение, он потратил их недостаточно. Иначе вы бы не болтали очевидных глупостей.