Зажав рот ладонью, я крепко зажмурилась, прогоняя ужасное видение, и практически выпала в коридор, ударяясь плечом о каменную стену. Нет, Боже, этого не может быть! Почему Вик?

Заметив приближающийся силуэт Аннет, метнулась в ее сторону, пресекая любые попытки войти внутрь. Не надо ей этого видеть! Пусть хотя бы одна из нас избежит этого кошмара.

Вслед за мной в дверях появился детектив, прибывший на вызов. Он прикрыл за собой створку и поинтересовался, кем мы обе приходимся пропавшему.

– Что значит 'пропавшему'?

– Доктор Зельцман исчез. Одна из лаборанток зашла к нему, чтобы подписать бумаги, и обнаружила беспорядок в его кабинете. Самого Виктора нигде не было, так что подробностей произошедшего мы не знаем.

От услышанного пол почти ушел испод ног, благо стенка за моей спиной послужила отличной опорой. События минувшего дня никак не желали отпускать, и дурное предчувствие с каждой секундой все больше перерастало в легкую паранойю. Мне срочно нужен был кто-то, кто смог бы разделить со мной все это безумие, и почему-то из всех возможных вариантов на ум пришел Макс.

– Если Вик пострадал, я с этой пиявки шкуру спущу!
– набирая номер Максима, прошипела я, костеря мутировавшую "ночную бабочку" всеми известными мне проклятиями.

Долгие гудки сменились шумом автострады и невнятным голосом Шнайдера. Из обрывков фраз удалось выяснить, что сейчас Охотник находился в патруле, который объезжал закрепленный за собой район дважды в сутки для поисков следов 'полуночников'. Мои слова о том, что Виктор исчез, а вместе с ним и Саманта, заставили Макса бросить короткое 'Еду' и отключиться.

Ожидание неумолимо давило на нервы, и с каждым разом, как в коридоре раздавались чьи-то шаги или голоса, я коротко вздрагивала, мертвой хваткой сжимая чашку с горячим чаем. Практически не чувствуя вкуса, глотала содержимое керамической емкости, а перед глазами все еще стояла ужасная картина из лаборатории.

Аня сидела рядом, обняв себя за плечи, и глядела в одну точку. Ее история потрясла не меньше, чем меня, но выдержка, натренированная общением с душами умерших, работала куда исправнее, чем моя. Должна признаться, в последнее время свалилось столько всего, что опухшая от вопросов и догадок голова просто отказывалась соображать.

Еще позавчера самой большой проблемой в моей жизни был выбор между сном дома или в офисе, а уже сегодня я сталкиваюсь с мутировавшими упырями, которые восстают из мертвых, шастают по городу, выкашивая проституток направо и налево, и ко всему прочему втравливают меня в дела Совета. А ведь мне еще предстоит встретиться с их главой. Черт бы побрал этих упырей!

Детектив, назвавшийся Ником Голдманом, чья команда выехала на вызов, оставил свои попытки разузнать хоть что-то о наших взаимоотношениях с доктором Зельцманом и молча стоял в сторонке, поглядывая на часы. Время уже давно перевалило за полночь, и, вероятно, смена моего коллеги подошла к концу. Он, наверняка, с превеликим удовольствием отправился бы домой, но протокол требовал проследить за тем, чтобы место преступления опечатали, а все улики доставили по нужным адресам.

Допив чай и отставив кружку в сторону, встала с места и начала расхаживать из стороны в сторону, чтобы хоть как-то отвлечь себя. Голова вновь отдалась тупой болью в висках, но я отмахнулась от нее, продолжая нарезать круги. Меня отчаянно терзала мысль, что что-то ускользает от нас, что-то очень важное, но нащупать разгадку никак не получалось.

Появление Максимилиана застало врасплох, поскольку в пылу метаний я фактически налетела на него, когда Охотник в сопровождении еще одного бессмертного вышел из-за угла. Быстрая реакция Шнайдера не позволила мне растянуться на полу, а аромат дорого парфюма перебил запах смерти, витавший в воздухе.

Быстро оценив ситуацию по царившей в коридоре напряженной обстановке, Макс ободряюще улыбнулся мне и молча подтолкнул к стулу, на котором я провела последний час. Сам ночной страж уверенно шагнул в сторону лаборатории, когда на полпути детектив Голдман преградил ему путь.

– Простите, но это место преступления. Я не могу вас пропустить!

– Неужели? А если вот так?
– демонстрируя свои идеально белые зубы, а вместе с ними и острые клыки, поинтересовался Шнайдер и выудил из внутреннего кармана куртки свое удостоверение.

В делах, связанных с 'полуночниками', вампиры в основном обладали исключительными правами, и хотели мы того или нет, а уступать пальму первенства приходилось почти всегда, за редким исключением. Разглядев форменный знак Патруля в виде пятиконечной звезды с большой латинской буквой 'V' в центре, Ник поджал губы и отступил в сторону, давай мужчинам дорогу.

Максим вошел в кабинет Виктора, также закрыв за собой дверь, чтобы лишний раз не травмировать нас с Анютой, а вот его спутник задержался, остановившись рядом с Эн, и долго и пристально всматривался в лицо медиума. Подруга подняла на Охотника глаза, и они какое-то время молча смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Что-то в фигуре этого мужчины настораживало, но что именно, я никак не могла понять.