По первому времени за все и про все отвечали исключительно наши вояки, Союзные.

Три месяца назад, Империя пробила разрешение разместить и свой контингент поисковиков-спасателей и стало не в пример легче и сложнее - одновременно.

Легче - имперские егеря оказались нормальными ребятами, малопьющими, но много болтающими.

Сложнее - пришлось научиться договариваться, видя в сидящем напротив разумном не бывшего врага, а нынешнего коллегу и собрата по несчастью.

Под такое дело, наше командование запретило всяческие упоминания о местах предыдущей службы и срезало с нас знаки спецкоманд.

Так что я потерял свой любимый "череп на вертеле", мой коллега и непосредственный начальник, чериг Авал Ва Кане - распростился с нанесенной на хитин "черной маской смерти", а нашанн Ими Вазл стал отращивать волосы.

Бритый на лысо нашанн, зрелище устрашающее, поверьте моему мнению.

Особенно если он улыбается во все свои 44 зуба, самой природой предназначенные исключительно для пожирания мяса, дробления костей и откусывания конечностей.

Егеря, в отличии от нас, со своей формой не простились, но и "лишние украшения" тоже зря не светили, оберегая наши слабые нервы.

В первом же совместном поиске мы сцепились не на жизнь, а на смерть и только задание не позволило нам от души постреляться под сумрачными сводами готинских джунглей.

Потом мы нашли экспедицию и возблагодарили все окрестные звезды, что не перебили друг друга!

Ученые мужи, собранные из различных академий и университетов, оказались самыми умными и еще по дороге, на корабле, сделали расчет, к каким развалинам держать путь.

Выбрали они все очень удачно, но вмешались аборигены, которым такое пристальное внимание к своим святыням совершенно не понравилось и они решили отправить мужскую половину экспедиции в котел, а женскую, использовать соответственно.

В результате, в "котел" попали аборигены!

Пока наш "восьмилап" размышлял брать дикарей в плен или сразу дать под задницу, егеря, без малейшего колебания устроили бойню, зачищая местность.

Не скажу, что мне импонировала их решительность, но профессионализм вдохновлял - однозначно.

Из 40 ученых, 70 сопровождающих их охранников и полусотни нас, объединенных сил "Союз-Империя", пострадало только четыре женщины и двое мужчин.

Мужчины, к сожалению, безвозвратно, съеденные наглыми дикарями.

Разглядев остатки обгорелого хитина, наш чериг кивнул головогрудью и мы присоединились к потехе, дорезая аборигенское племя.

Женщин и детей племени, мы посадили на грубо сколоченные плоты и, отведя на сто километров вниз по течению, оставили на стремнине - выживут или нет, но нападать зарекутся.

Развалины, к которым стремилась экспедиция, оказались заросшими лианами и жестким кустарником, который не с первого раза брала и плазма - слишком много влаги, слишком много непонятных веществ и регенерация, на зависть любой форме жизни.

Биологи, встретившись с этими эндемиками, уже плясали от радости! Дай им волю, они бы уже неслись назад, на всех парах, в любимые лаборатории.

Аборигены готины, к виду хомо тоже не принадлежали, как не принадлежали и фелисам и инсектам. На мой взгляд, в их родословной отчетливо прослеживались ящерицы.

Академик Фарш Пракен, из "серокожих", после вскрытия одного из трупов, долго чесал свой гладкий затылок, но, со мной согласился, уточнив, для окружающих, что ящерицы были какие-то "неправильные" - мозг здоровый, а извилины - слабо выраженные!

Целый месяц мы провели в джунглях, разбираясь с развалинами и помогая ученым.

На целый месяц, объединенное командование "притормозило" всех остальных "посетителей", предоставляя карт-бланш на наше присутствие и защиту.

Разумеется, на самом деле имела место обычная подозрительность - доверять друг другу на столько, мы еще не умеем!

Побродил и я по тем развалинам, сопровождая две женские особи - черигу Аса Миль Хов и кольвегу Насти Кувьаин, в их долгих странствиях по хорошо сохранившимся коридорам этой странной крепости.

Новость о том, что это крепость, нам принесли на "блюдечке" егеря, нарвавшиеся на оборонительные секреты, вполне себе продолжающие функционировать и ловить разинь в свои исправные ловушки.

На следующее утро мы всем скопом прошли по периметру и нашли еще два десятка защитных устройств, которые благополучно обезвредили.

Через две недели вернулись на "родину" остатки высланного племени, поредевшие, но не сдавшиеся.

Может быть, встреть их первыми наши женщины, они бы и остались не тронутыми, но и мы и егеря особой жалостью уже не страдали, а найденные нами "холодильники" и "коптильни", с развешанными телами, миролюбия нам не добавили.