Сомневаюсь, что мне из этого барахла что-нибудь пригодится, но...

О лазарете я побеспокоился в первую очередь и с размахом - сделал его на десяток койко-мест и снабдил отдельным дроидом-медиком, нашедшимся среди технических и инженерных собратьев.

Ничего особенного этот дроид не мог, но, в моем случае лучше он, чем вообще никого. Так и загнусь от того, что воды некому подать, укол поставить, аптечку обновить или рану перевязать.

Спасибо, превеликое, я уже ходил без ноги - хватит!

У двоих пострадавших дроид диагностировал ушибы, легкие обморожения и голодание, одного честно списал в безвозвратные потери и одним занялся сам - вправляя вывихи, фиксируя переломы и останавливая кровотечения.

Тяжелораненным пришлось заняться мне самому.

Я знал, что с появлением гадской "пятерки" в моей жизни все пошло кувырком, но вот именно настолько кувырком, даже для меня стало сюрпризом.

Лежащий передо мной разумный, бледный и с трудом дышащий, несомненно относился к расе гаффлингов!

Татуировка, украшающая обе его руки, давала понять, что передо мной маг огня и адепт тьмы, причем совершенно не маленького - девятого круга.

Дышал он тяжело, и было видно, что каждый вдох его может оказаться последним - искры летели во все стороны и совершенно не желали возвращаться в израненную оболочку, как это было у всех, кого я видел раньше.

И, как самое обидное - я отчетливо видел, что выжить ему мешает такой пустяк, как один из завитков татуировки, что пересекает нервный узел и не дает ему правильно функционировать.

Еще на Земле, я заметил, что некоторые тату, хоть плачь, хоть смейся, но убивают своих владельцев. Не играло роли кто набивал, какие использовал краски и какой рисунок - все зависело от места расположения рисунка.

Не верный выбор и готова язва, человека мучают головные боли или не проходящий депрессняк.

Там я видел следствие. Здесь - причину.

Не дрогнувшей рукой, обработав лезвие скальпеля, сделал надрез и сорвал кусок кожи, с злополучным рисунком.

Гаффлинг взревел и замахал руками.

Его серебристые, морозные искры, словно пылесосом, потянуло обратно, в бренную оболочку тела.

Через пару секунд, к искрам серебристым стали присоединятся искры других цветов. Стало тяжелее дышать и усталость навалилась на мои плечи.

"Никогда не делай добра - не узнаешь и зла!" - Пробормотал я сквозь зубы и от души, с любовью и самой своей лучшей улыбкой, влепил гаффлингу пощечину.

Дроид-медик уже спешил на выручку с инъектором в манипуляторе.

Гаффлинг пришел в себя и искры замерли.

Он лежал и прислушивался. Сперва к тому, что происходит вокруг него. Потом к тому, что происходит внутри.

Дроид держал инъектор у его бьющейся жилки сонной артерии и ждал лишь моей команды. Или моего падения.

Цианистый калий, внутривенно, даже маг не выживет.

– Глаза открой.
– Потребовал я.
– Или снова по морде бить?

Открывшиеся глаза были полны удивления и удаляющейся Тьмы.

Очень даже симпатичные глаза, если говорить правду - голубые, как глаза сиамских кошек, правда зрачок не вертикальный и не круглый, а, скорее - многогранник.

– Не надо, по морде.
– Гаффлинг попытался улыбнуться.
– Я уже контролирую свою регенерацию.

Дроид, получив подтверждение, бибикнул и откатился к следующему пациенту.

Я стянул вниз повязку с лица и снял очки.

Гаффлинга сдуло с больничной кровати быстрее, чем до этого возвращались искры.

Дроид снова метнулся к пациенту и приставил инъектор.

Маг не обратил на этого внимания, стараясь вжаться в стенку и растечься по ней тонким слоем.

– Тчарн... И придет Тчарн, последний и милосердный и милосердие его будет солью земли и болью его наполнит сосуды душ наших, выворачивая и исторгая, сжигая города легче, чем пламя костра пожирает упавший волос. Он придет и простит нас, принеся свой взгляд, принеся свою кровь, разрывая старые узы и сшивая новые, перекраивая и соединяя...

Я замер, решая прибить идиота или дать ему шанс прийти в себя?

– Тчарн!
– Раздалось с соседнего стола удивленное и дроид жалобно заметался, пытаясь разорваться между двумя пациентами.

– Пасть закройте, оба!
– От души рявкнул я, снимая белый халат и тыча пальцем во вросшего в стену, мага.
– Ты! Живо в койку!

Гаффлинг, трясясь, занял свое место, а соседний стол возмущенно запыхтел.

Меддроид, благополучно замер, видя что все успокоились.

– Тчарн, скажете тоже...
– Покачал я головой.
– Не скажу, что отличаюсь милосердием, всепрощением и любовью к ближнему своему, но до тчарнов мне далеко. Хотя, глядя на вас... Думаю, что они были не так уж и неправы...