— Потрясающий словарный запас, — скучающе выдохнула я. — Респект тебе.

Пожалуй, эта стадия отчаянья нравилась мне даже больше, чем приход адреналина.

Дженни оскалилась:

— Слышала, перед Завиром ты не была такой борзой?

Я сузила глаза:

— Тебя это так беспокоит?.. Знаешь, я не просилась на твоё место. Завир жил подонком и сдох подокном! И я совершенно не кайфую от роли, которой он меня наградил и тем более от метки, что стала пожизненным клеймом. Он думал, ты стала тварью, это всё что я знаю и, согласись, я была бы законченной дурой, если бы вместо жизни, пусть и под крылом садиста и законченного тирана, но который всегда бы ко мне относительно добр, я бы выбрала жизнь шлюхи в одном из борделей!

Руки Дженни опустились по швам:

— Он был добр?..

Я украдкой взглянула на Вала. Он не сводил с нас глаз. Видок такой, будто усердно разглядывает две одинаковые картинки, в которых нужно найти определённое количество отличий. И не знаю, как для Дженни, но её лицо мне казалось абсолютно чужим: то ли от того, что я так редко смотрелась в зеркало, то ли от того, что оно постоянно перекошено от злости и раздражения, в то время когда даже сейчас, моё — абсолютно расслабленно и спокойно. Мне нужно беречь силы, если конечно шанс, что мы с Чейзом дали друг другу, всё ещё возможно ухватить за хвост, призрачно ускользающий сквозь пальцы.

И мне нужно найти Кристину. Во что бы то ни стало. Только сейчас я не могу спросить о ней Вала и обнаружить ещё одно своё слабое место. Тогда шансов точно не останется. Я стану куклой, а Вал моим кукловодом.

— Я же сказала: относительно добр, — ответила я Дженни, после долгой паузы.

Леон продолжал рассказывать байки о волшебном лекарстве и вдруг, толпа одобрительно загудела. Она поверила в сказку! Сказку с хорошим началом и самым печальным на свете концом.

План. Мне нужен план.

Нет никакого плана!

Я жалкая букашка даже по сравнению со своей копией!

Дженни по-прежнему таращилась на меня:

— Он любил тебя?..

Ах, вот что… раны не затянуты.

— Он любил ТЕБЯ! — с нажимом ответила я. В голове крутились совсем другие мысли. — Он верил в то, что я это ты. И может, уже хватит обсуждать семейные трагедии? Завира нет и говорит не о чем.

— Конечно нет, — Дженни едко улыбнулась, — настойка Аконита была отменной.

Я зависла. И не потому что мне вдруг стало жаль Завира: поверить в то, что его убила девочка, которая по всем расчётам стала тварью, и которой он так успешно нашёл замену, было выше всяких сил.

— Дженни. — Призрачная рука Вала оказалась на плече девушки. — Займись формированием групп и приступай к вербовке. Скажи Леону, пусть заканчивает и возвращается в яму… — Горящий взгляд Вала устремился мне в лицо. — Думаю, его противник уже заждался.

В этот же миг, не понимая, что делаю, я бросилась на Вала. Мои окоченевшие пальцы лишь слегка задели его горло, когда Дженни подбросила меня в воздух и больно ударила спиной о землю. Весь дух вылетел из горла с громким лающим хрипом.

Дженни стояла передо мной, с перекошенным яростью лицом, и оскалом самого настоящего хищника.

Я ненавистно глядела на Вала: спокойного, умиротворённого, с едва заметно улыбающимися глазами.

— Думаешь, ты бессмертий? — выплюнула, шатаясь, поднимаясь на ноги. — Думаешь, такой не уязвимый?

— Дженни. — Вал обращался ко мне.

— Это не моё имя!!! — взревела я, так что толпа ближайших зевак обернулась на крик.

Теперь Вал выглядел по-настоящему грозно. Кем бы ни было это создание — ему не нравился подобный тон.

— Я найду твоё слабое место, — пообещала, сквозь стиснутые зубы. — Совершенства не бывает. А если и бывает, чудовище вроде тебя, им быть не может.

— Я не совершенен. — Пугающе тихий голос Вала. — Никто из нас. А вот он, тот за кого ты борешься… — Он не закончил предложение. Подошёл ближе, сверкая глазами.

— Это тест… Джей. Тест для существа, чьим создателем ты стала.

Я застыла. У меня больше не было слов.

— Пойдём. — Вал указал в сторону, где находилась одна из бойцовских ям. — Твоё слабое место ждёт нас.

Я ненавидела это место.

Так, как воняло кровью в бойцовских ямах, больше не воняло нигде.

Огромная круглая площадка. Наполовину шатёр, наполовину арена с решётчатым ограждением. Я часто сравнивала это место с бродячим цирком, только вместо высокого тряпичного купола, бойцы встречали смерть под открытым небом.

Несколько трибун уходящих вверх широкими ступенями, напротив площадка со «стоячими» местами. Не сложно догадаться, где находились банды и гости из других городов, а где народ попроще. И широкая круглая яма с невысоким деревянным ограждением, по центру от обоих секторов. Неглубокая, чтобы можно было лицезреть шоу даже с дальних рядов; с чёрной, как смоль, землёй, пропитанной кровью сотен проигравших.