Кроме того, оставшиеся деньги утекли на обустройство рабочего места отца в цеху. Фактически была построена полноценная кузня. Следует отметить, что на уплаченные кузнецами членские сборы Лиловый цех любыми способами и средствами выбивал привлекательные места, иногда загодя обхаживая потенциальных арендодателей. Так, отцу Толия досталось недавно арендованное цехом перспективнейшее место возле северной воздушной гавани.

Уже буквально через месяц, благодаря судорожно поставленной кузни, труды отца стали приносить баснословные деньги. За один день чистая выручка могла достигать ста - ста пятидесяти золотых и только продолжала расти. Это позволило не только обеспечить семью всеми необходимыми излишками, но и отнести её к довольно состоятельному и немногочисленному классу вольных жителей Небограда.

Хоть объемы работы увеличились, и кузня отца стала работать круглые сутки, теперь Толий не помогал ему вечерами напролет. Цеховые подмастерья, желавшие понабраться опыта, а также неплохо заработать, активно работали под началом старого кузнеца Кассия. Содержание сторонних работников, назначаемых советом цеха, было обязательным условием вступление в столь авторитетное сообщество ремесленников. Безусловно, новоиспеченные подмастерья доносительствовали об особенностях и тайнах производства нового кузнеца.

Конечно же, Толий подозревал, что столь быстрый успех был невозможен без руки тайной канцелярии. Их покровитель действовал через своё доверенное лицо. Того самого странного мертвеца, что был облачен во вторую кожу и вел с ними беседу перед кабинетом главы канцелярии. Пока Толий был доволен их помощью. Они дали ему кров и возможность самореализации, а взамен пока просили только прилежно учиться.

Зайдя на площадь Шести арок, Толий свернул во вторую арку слева от стоящего в центре большого фонтана. Она открывала перед пешеходами выход на широкий проспект, соединяющий белый и синий квартал с золотым.

"Слава богу, в это время года мало лошадей.
– подумал Толий - А то тут и так не протолкнуться. Меня всегда пугала перспектива быть задавленным мертвой лошадью на этой площади".

Двор, где проживала его семья, располагался прямо напротив городской управы, Толий как раз проходил мимо него. Синее здание, своими размерами и несуразным видом больше походило на бочку. В каком состоянии находился архитектор, планируя и защищая перед заказчиком столь экстравагантный проект, оставалось для мальчика большой загадкой. С высоты второго этажа в лицо проходящего мимо юноши, вглядывалась гипсовая горгулья. Странные создания украшали весь передний фасад здания.

Именно тут заседали выборные представители городской управы. Всеми любимый государь Лирий, со дня провозглашения независимости Домината, даровал больше прав и свобод заседающим тут знатным людям. Членами управы могли стать только взрослые мужчины-домовладельцы, обладающие собственностью, подлежащей налогообложению. Из-за этого факта, в Небограде стало невозможным приобрести в собственность какое-либо здание. Кроме того, кандидат в управу должен был пройти двадцатилетний ценз оседлости. Данное обстоятельство позволяло не допустить к столь лакомому пирогу "чужие" руки.

Войдя в прохладную парадную своего дома, скупо освещенную одним световым кристаллом, Толий быстро взбежал на второй этаж по небольшой лестнице. Постучавшись в толстую дверь, он не стал дожидаться момента, когда ему откроют и начал шарить по простому замку своим ключом. На покрытой морилкой полотне, были заметны многочисленные царапины.

– Ну, иду я, иду!
– раздался из-за двери знакомый голос матери - Кто там такой нетерпеливый? Мигео, ты?

– Мам это я! Папа в кузне.
– ответил сын - Открывай!

– Тебя опять выгнали?
– строго спросила мать, замерев на пороге приоткрытой двери, тем самым преграждая юноше путь домой.

– Мам ну дай пройти. Я устал.
– угрюмо ответил Толий.

– Когда ты успел устать, если тебя выгнали утром?
– удивилась мать - И нет, я не пущу тебя. Возвращайся в институт и учись! Ты должен быть примером для братьев, а ты уже третий раз за неделю сбегаешь оттуда! Неуч! Если отец узнает, то он тебя высечет прямо на вашей аллее.

– Мам ну пусти, я не хочу больше туда возвращаться!
– жалобно попросил старший сын.

– Иди к отцу и если он смирится с тем, что его сын посредственная бестолочь и разрешит тебе бросить учебу, то я с распростертыми объятиями позволю тебе упиваться несправедливостью жизни, плача в подушку.

С этими словами женщина закрыла перед сыном дверь. Толий устало развернулся и прислонился спиной к входной двери, медленно по ней сползая. Он услышал приглушенный звук и почувствовал спиной слабый удар. Это мать закрыла дверь на засов.

"Всё. Теперь без отца мне домой не попасть.
– подумал юноша, усаживаясь на пол у порога.
– Хитрая мать не хочет на себя брать ответственность, ведь первые разы отец снисходительно ко мне относился только из-за её покровительства. Но всему есть предел, даже предел материнского терпения".