Кролики не исчезли. Кролики провалились в бездну. Говоря «бездна», я выражаюсь вовсе не метафорически. Посреди зеленого поля с клевером и иван-чаем расположилась самая настоящая бездна. Пропасть без дна, зияющая словно рот великана. Она была метров пятьдесят в диаметре, а ее стены были усеяны острыми кристаллами, напоминающими драконьи клыки.

Несколько секунд я безмолвно смотрел в черноту, которая начиналась примерно через километр, а затем в ужасе отшатнулся. Эта штуковина была столь же неуместна здесь, словно коровья лепешка посреди дворцовых палат. И кто вообще додумался расположить эту бездну здесь, в поле?! Дьявол, да я и сам мог провалиться туда, ляг на несколько метров ближе!

В этот момент – хвала небесам – сработал таймер. Это произошло очень вовремя, потому что еще чуть-чуть, и мое сердце разорвалось бы от ужаса.

НОМАД требовал зарядки, впрочем, я тоже. Увиденное потрясло меня до глубины души, но в то же время я понимал: найденный мир – это артефакт, редкий самородок, огранкой которого мне предстояло заняться. Я не встречал упоминаний о нем в инструкции, вполне возможно, что я был первым из людей, кто нашел его. Или кто выжил. Кто знает, может быть, эта бездна – единица мигрирующая и появляется каждый раз в новом месте.

***

Зарядка устройства продолжалась пять часов. За это время я успел пообедать, а также досконально зафиксировать то, что пережил. После того, как описал бездну во всех красках, она перестала быть для меня столь же пугающей, как при встрече. Ну пропасть и пропасть, чего тут такого. Однако главная «опасность» мира-самородка была впереди.

Я очнулся посреди поля. В тот же самом месте, откуда мое сознание исчезло пять часов назад. Это было странно, ведь обычно после моего ухода воплощения продолжают жить своей жизнью, не особо подозревая о том, что кто-то побывал в их голове. Ну, по крайней мере, я так считал. Неужели рыбак просто взял и проспал все это время?

Бездна все так же была рядом. В этот раз я ограничился лишь беглым взглядом в ее черное нутро, потому что чувствовал: что-то изменилось. Я огляделся по сторонам: лес, поле, холм – все было на месте… Черт побери! Солнце! Оно ничуть не сдвинулось с места! Однако его свет стал будто бы менее интенсивным. Краски вокруг поблекли, небо и трава потускнели, и даже птицы пели не так заливисто, как утром.

Мое сердце сжалось от тревоги. Разве может быть так, чтобы светило не двигалось? Что это за мир такой? Что еще я о нем не знаю? Я не знал ничего. И через пять секунд это самое “ничего” выбежало из леса.

Мужики. Шесть или семь. В чем мать родила. С большими руками, ступнями и маленькими головами. Они мчались мне навстречу и что-то радостно мычали, словно отряд глухонемых Герасимов. Ужасная догадка пронеслась в моей голове. Я открыл рот и попытался сказать что-то вроде: «Привет, мужики!», но получилось только: “Му-у-у-уа-а-ау-у-у”.

Непонятно, что было первично: отсутствие речи в этой мире или же отсутствие мозгов в голове моего воплощения. Теперь многое вставало на свои места: аскетичный образ жизни, неумело построенное жилище… В этой реальности я был, что называется, умственно отсталым.

За моей спиной послышались женские крики. Семь или восемь девушек с корзинами, полными грибов, разбегались в разные стороны при виде мужчин. Их речь была такой же невнятной, однако нагота была прикрыта просторными сарафанами, напоминающими мешки для картошки. Они убегали от мужиков, а те, обезумев от радости, ловили их и… о ужас! Принимались совокупляться прямо здесь на поляне!

Я почувствовал, что меня вот-вот стошнит. Но что было еще хуже: при виде женщин организм рыбака пришел в полную боевую готовность. Должно быть, здесь все работало на уровне инстинктов: увидел самку – размножайся. Даже если ты в поле. Даже если рядом бездна. Даже если ты видишь свою даму в первый и последний раз.

Кстати, о бездне. Одна из пар свалилась туда, но никто не повел и глазом. Похоже, социальные связи здесь имели не больше ценности, чем удобства и инфраструктура. Гребаный мир! Наверняка лицо мое приобрело грозное выражение, потому что две девчонки, совсем еще юные, взвизгнули от ужаса и кинулись врассыпную.

«Да не нужны вы мне!» – хотел было крикнуть я, но получилось только воинственное: “В-в-ву-уа-ав-ву-уа-а!».

Девушек тут же схватили двое других мужчин, которые едва успели закончить с другими леди. Было гадко и мерзко. Настолько, что мой организм перестал сопротивляться и исторгнул на траву содержимое желудка. За последние пять минут мир потускнел еще сильнее, и я решил, что пора сваливать, пока все не зашло слишком далеко.

Я матерился. Долго, красноречиво и без устали. Вспомнил все матные слова, которые знал, а когда мой словарный запас истощился, принялся повторять самые выдающиеся. Как же хорошо уметь говорить! И как же чудесно, до невозможности чудесно быть дома, в своем любимом кресле.

Да, межпространственные путешествия такая штука, к которой просто невозможно подготовиться. Невозможно просчитать все последствия. Забегая вперед, хочу сказать, что я жалею о том, что тогда повидал слишком мало. Я мог бы увидеть гораздо больше миров, если бы не был так смертельно напуган. Но моя психика была на грани самоуничтожения, поэтому мир рыбака стал последним из освоенных мною реальностей. Перед тем как меня… ну, арестовали.