Григо увели, причем именно увели из лавки, и повели вверх по дороге со скованными кандалами руками. Он тоже был в большом смятении, не понимая, причем здесь военный трибунал. «Вероятно какая-то ошибка» – думал он, здороваясь с прохожими, что попадались навстречу.

Майнг.

Мастерская Бара.

– Надо шить! – Тилет спросонья рассматривал рваную рану Кинта, волосы взъерошены, лицо помято.

– Сам вижу, – Кинт сидел у окна на табурете раздетый по пояс, – сможешь?

– Нет-нет-нет, – замотал руками Тилет, – вон оружейника своего попроси, я боюсь этого всего.

– Шутить нет времени, Тилет.

– Ладно, задирай руку вверх и сиди спокойно, а то лишнюю дырку сделаю, хотя, чего уже тебе, одной больше… Парэ, найдется шант иглу и нить замочить?

– Сейчас принесу, – Парэ стоял с аптечной шкатулкой в руках и изучал Кинта, точнее его историю написанную шрамами на теле.

Закусив мундштук трубки, Кинт перенес несколько швов, которые Тилет словно специально делал медленно, но аккуратно, затем шрам был щедро засыпан порошком из трав и сделана перевязка. За это время Парэ успел съездить на пристань и по наущению Кинта договориться с капитаном небольшой самоходной баржи, но возникли некоторые сложности…

– Весь город кишит патрулями! – выпалил Парэ когда вернулся, – это вас ищут?

– Нет, его, – Тилет кивнул на Кинта, он старательно выводил спуски клинка на точильном камне сидя у окна.

– Не смешно, – Кинт поморщился, поднимаясь со стула у камина и вытряхивая пепел из трубки, – иди сюда.

Открыв саквояж, Кинт вынул оттуда жетон гражданина.

– Теперь ты Тирр Кобъе и хорошо, что ты придумал себе эту собачью маску…

– Так вы… – аж подпрыгнул Парэ, – вы собачий выродок?!

– Этот парень точно будет держать язык за зубами? – Тилет взял у Кинта жетон, развязал шнурок и повесил себе на шею.

– Ты лучше вот что, Тилет, – Кинт снова присел на стул и потер виски, – пообещай мне, что с этого момента, если тебе в голову взбредет кого-то зарезать за косой взгляд, ты сначала об этом скажешь мне, договорились?

– Хорошо, договорились, – спокойно ответил Тилет и убрал клинок в ножны на пояснице, – я ведь теперь тебе должен двадцать тысяч кестов золотом…

– Именно, и не хотелось бы, чтобы эти кесты были потрачены зря.

– Надеюсь, это были не твои личные кесты.

– Как тебе сказать… Ладно, Парэ, что с посудиной?

– Капитан готов отойти, как только вы ступите на борт и оплатите проезд.

– Вот, надо посмотреть, чем мы располагаем…

Кинт поднялся, взял со стола саквояж и вытряхнул его содержимое. Тилет сразу схватил картечник, внимательно его рассматривая. Перебрав трофейные кошельки, Кинт сгреб кесты и бумажные купюры в кучу, достал из кармана нетронутую пачку купюр и все посчитал.

– Пока достаточно, – резюмировал Кинт после того как все пересчитал, а потом снова обратился к Парэ, – знаешь как добраться до пристаней не привлекая внимания?

– Это будет затруднительно, но есть выход.

– Какой?

– Через час за мной заедет механик испытательного цеха господина Ренэ и мы едем проверять лафетную систему новой пехотной пушки, к фургонам оружейного дома Ренэ никто даже не подходит, я могу попросить мастера Льюма, и мы проедем через пристани…

– Этот мастер Льюм согласится?

– Да, милый старик, он дружил с папой Баром и мне помогал после его смерти.

– Хорошо, значит, у нас час и мы можем подготовиться и привести себя в порядок. Кстати, Парэ, как у тебя с торговлей или ты только ремонтом занят?

– Не очень хорошо, да, в основном ремонт, после смерти папы Бара мне было не легко управляться с мастерской, вот и упустил момент… Так, немного патронов есть в продаже, кое-какие карабины, в основном из новинок, и прочие редкости, которые я купил по незнанию, но так и не смог продать.

Кинт резко выпрямил правую руку, поймав в ладонь двуствольный пистолет, переломил стволы, вытряхнул на столешницу стреляные гильзы…

– Такой калибр найдется?

Паре не даже не удивился, вероятно, уже видел подобное, он взял гильзу и почти сразу кивнул:

– Да, есть такие.

– Тогда пойдем вниз, сегодня я буду твоим самым щедрым клиентом! Надо же как-то тебе компенсировать закрытую с самого утра мастерскую.

– Тебе бы поспать, хотя бы немного, до отъезда, – без своей ухмылки, а вполне серьезно сказал Кинту Тилет, – вдруг что-то, а ты вон, как контуженый.