***

Устав Церковный устанавливает статью за групповое изнасилование:

"Аще девку умлъвит кто к собе и дасть втолеку, на умлъвъници митрополиту 3 гривны серебра, а девце за сором 3 гривны, а на толочанех по рублю; а князь казнить".

В Уставе речь о девице. Софочка... отнюдь не "жемчужина несверлёная".

Другой вариант:

"Аще кто пошибаеть боярьскую дочку или боярьскую жону, за сором ей 5 гривень золота, а митрополиту 5 гривень золота; а меньших бояр - гривна золота, а митрополиту гривна золота; а нарочитых людий - 3 рубли, а митрополиту 3 рубли; а простой чяди - 15 гривен, а митрополиту 15 гривен, а князь казнить".

Снова - о жене или дочке.

Вдова или "пущеница" (разведённая, выгнанная мужем женщина) русским законом не защищаются. Софочке надеяться не на что. Кроме своей хитрости да изворотливости. Да ещё моей нелюбви к... к эксцессам.

Другой аспект:

"Аще кто еьблудит с чрьноризицею, митрополиту 100 гривень; а с животиною 12 гривень, а в опитемью вложит".

Что скотину и монашку по одной статье... Хоть суммы штрафов разные.

Гривна золота (весовая) примерно эквивалентна полусотне гривен кунских. Инокиня по стоимости эквивалентна "боярскую дочку и жену" из "меньших бояр" в сумме. Таков "святорусский ценник". В смысле - закон. В реале... Можно вспомнить характеристику московских монахинь иностранцем в 17 веке: "нечестные жонки... многие вельможи к ним наезжают... детей своих, от блуда рождённых, отдают в духовное сословие...".

Понятно, что за полтысячи лет, между "Уставом" и свидетельством, бывали разные... ситуации. В разных местностях, в разных коллективах. Но закон - есть.

"Жизнь многих людей в России была бы невыносима, если бы не повсеместное неисполнение закона" - есть и такое.

***

Митрополита надо мною нет, платить некому. Да и можно ли считать Софочку "чрьноризицею"? Она - расстрижонка, преступница монашеских обетов, "утратила связь с организацией".

Венчаться с Ипаем они не схотели. Это - их выбор. И их же - последствия такого выбора. Ипай обидится?
– Его забота. Нечего было бабу в дорогу посылать. А ей самой наука. Это моя баня. И ей тут, без моего приглашения, делать нечего. Нарушение регламента должно быть наказуемо.

Хотя в данном конкретном... может воспринять как поощрение. Одурачит моих парней, сделает вид, что всё - против её воли. Типа: "и удовольствие получила, и без греха". А потом потребует компенсации. В какой-нибудь особо извращённой, подъелдыкивающей меня, форме.

Ну и пусть. Суд здесь - мой. А я "тётушку" хорошо знаю, обломаю, ежели что.

– - Можно. Но без... членовредительства.

Парни, снова гомоня между собой, торопясь "занять место в очереди", вывалились из парилки, даже дверь закрыли неплотно, а я, отбросив надоевшие психологию с теологией, занялся физиологией. Ухватив эту... "на мне наседку" за бёдра, которых, по сути, нет, принялся активно... э-э-э... костюмировать. В смысле - надевать и снимать.

Женщины любят многократно переменить платье, собираясь куда-нибудь. Мужчины же менее внимательно к своему гардеробу. Налезло? Целое?
– И ладно.

Девка перепугалась моей... активности. Но убедившись, что каких-нибудь... сдирания кожи, дробления суставов и выкалывания глаз - не происходит, продолжила сосредоточенно рассматривать меня.

"Это что ж мне за жеребчик такой... проказливый попался?".

Изучающей взгляд внимательных серых глаз несколько смущал. Но не в этой стадии процесса. Ибо - уже пофиг.

– - Хор-рошо. Молодчина.

Я похлопал девушку по бёдрышку, блаженно потянулся.

– - А теперь - пошли мыться.

Всё-таки, бедняжке досталось. Она чуть не упала, потеряв равновесие спускаясь с полка. Пришлось ловить мокрое скользкое тело. Снова прижатая к моей груди, она недоверчиво спросила:

– - Я... я тебя удовлетворила? Сделала тебе... "хорошо"?

Блин! Отозвалась! Хоть вопросом. И я тут же рассыпался в комплиментах. По поводу того как у неё всё прекрасно. И душа, и тело, и снаружи и изнутри... И вообще: самое главное - "Учиться, учиться и учиться". Каждый раз, при всяком удобном случае... Когда следующий случай?
– не знаю. Но - оставайтесь на линии, при первой же возможности...

Так-то, чисто утилитарно... пусть с ней Ипай разбирается. Чего-то особенного, запоминающегося...

В помоечной быстренько ополоснулся и оглянулся. Она, временами, морщилась, некоторые движения для её натруженного мною тела были, явно, болезненны. К подобной посадке, к "верховой езде" - не подготовлена. Вспоминая собственный "вестовой скок" этой зимой - могу выразить искреннее и профессионально компетентное сочувствие.

Что удивляло - спокойный вдумчивый взгляд.

Такое ощущение, что она спокойно пережила "упавшую" на неё новизну позиции, партнёра, публичности. Сумела воспринять реальность и мои наставления. Насчёт того, что "бояться уже поздно".

Обошлась без воплей и стенаний. Типа:

– - Ах-ах! Сгубил-поломал! Жизнь мою несчастливую, красу девичью, несказанную...!

Интенсивный поток новосёлов, для которых приход во Всеволжск связан с изменением их повседневных норм и правил, представлений о "хорошо", "возможно", "прилично"... о самих себе - даёт такой поток стенаний и проклятий, что мы уже утратили способность реагировать на этот вопль "народной души". Просто акустические шумы. Раздражают, но несильно. Вот когда "а в ответ тишина" - сразу просыпаешься, начинаешь головой крутить: почему молчит? Жива ли?