— Неужели тут есть кто-то, кому надоела райская жизнь? Хотя по дороге я не видел ни одного дерева. В раю не должно быть так. Чем вы тут дышите? Или ты вообще не дышишь?

— Кислородом. Очищенным и обогащённым необходимыми компонентами. У нас работает кольцевая система кондиционирования и фильтрации. И я дышу, если тебе интересно. Хотя и могу намного дольше обычных людей обходиться без кислорода.

Он с умным видом покивал, но было видно, что ему многое непонятно. И в первую очередь моё поведение. В принципе, я не собиралась никого спасать, это была чистая случайность. Три последующих дня в городе будет великий праздник. И этой ночью, в день города, я надеялась отправиться в последнее путешествие. Вероятность того, что вовремя заметят системный сбой и смогут заблокировать мои действия, очень сильно снижалась. Как бы сильно не скакнули технологии в развитии, но машина всё равно не сможет переиграть человека. В глубине души я всё ещё считала себя хоть отдалённо, но человеком, поэтому планировала обмануть систему и выиграть немного времени для себя…

С появлением новых обстоятельств, я вдруг подумала, что повод покинуть город и совершить задуманное за его пределами — намного лучше моего первоначально плана. Погоня в эти дни маловероятна: пока придёт отчёт о пропавшем госимуществе, то есть обо мне; пока дойдёт до соответствующих структур; пока они разберутся, в чём дело, будет уже поздно.

Это всё довольно рискованно, и мальчишка не входил в мои планы. Но, если у меня есть возможность совершить хоть одно доброе дело за столько лет, для настоящего человека, а не для корпорации и бессердечных толстосумов, то почему бы и нет? Отложу свои планы на денёк.

— А ты правда киборг? — спросил он, рассматривая меня. — Выглядишь как настоящая.

— Я не киборг, — вздохнула, — я — биороид. Биологический робот с сознанием настоящего человека.

— Никогда не слышал о таких…

— Экспериментальный военный образец. В партии нас было шестнадцать образцов, но удачным оказался только один.

— То есть ты?

— Да. Остальных уничтожили.

Парень задумался на минуту, и было видно, что он борется если не с желанием в меня чем-то потыкать, то как минимум рассмотреть поближе. Мне была неприятна эта тема, поэтому я встала из-за стола, намекая на конец разговора:

— Ладно, на сегодня хватит впечатлений. Ты плохо выглядишь. Думаю, стоит отдохнуть.

Он кивнул и молча поднялся из-за стола, вытерев рот краем белоснежной скатерти.

Столовая опустела. Парня я определила в гостевой комнате, положив на роскошную кровать и включив камеру наблюдения за пространством — мало ли что ему в голову взбредёт.

Усевшись на кровати в своей комнате, я уставилась в противоположную стену. Сон не шёл. А выключать себя насильно не хотелось. В голове замелькали полустёртые воспоминания. Одно время я пыталась их восстановить, думая, что от этого верну свою человечность хоть частично. Но, как назло, память восстановила лишь обрывки неприятного. Странные и страшные сны стазиса, тяжёлая адаптация в новом теле, отторжение, люди в защитных костюмах и масках, эксперименты. Ни одного родного лица я так и не смогла вспомнить полностью, продолжая мучить себя безликими воспоминаниями и смакуя почти позабытые эмоции прошлого. Я давно потеряла себя.

В дверном проёме мелькнул силуэт, и я перешла в активный режим. Переминаясь с ноги на ногу, там стоял мой гость.

— Чего тебе? — недружелюбно спросила я.

— Ты правда можешь меня отвезти домой?

— Да, я ведь сказала уже. Хотя для этого тебе нужно кое-что сделать.

— Что угодно, — он потупил взгляд и скомкал рукой ворот рубашки, — только верни меня назад.

— Просто беспрекословно слушай меня, и у нас всё получится.

— И всё?

— Наверное, да. Теперь иди, выспись хорошенько. Завтра у меня много дел, а ты меня сильно утомляешь.

Утром я отправилась в свой отдел по борьбе с нелегалами и контрабандистами. Меня бесила эта работа, но, так как я принадлежала корпорации, приходилось мириться с нею. Я регулярно приезжала и отмечалась в конторе. Коллеги меня любили так же сильно, как и я их, так как на любые мои действия у меня был карт-бланш, и обычно после меня оставались одни трупы. Да и дела я расследовала в рекордные сроки, чем также не зарабатывала себе популярности.

Вернулась я почти в полдень, застав бурную деятельность в квартире. Дрон-уборщик безнадёжно сломан, вещи разбросаны, словно шла борьба не на жизнь, а на смерть. Несчастная экзотическая пальма, с таким трудом и не особо легальным способом доставленная мне из-за периметра, вырванная с корнем, одиноко лежала на смотровой площадке. Сам же зачинщик беспорядков в ужасе смотрел криминальный канал, доступный работникам контор, типа моей. Для населения он был закрыт в виду тяжёлого психологического воздействия, что мог на них оказать. Невероятно мерзкие и страшные видео, которые там мелькали каждую минуту, могли вызвать тяжёлое расстройство у простых смертных или нездоровый интерес у какого-нибудь ненормального. Особенно интересными были программы по исследованию продуктов биомагии.

Забравшись на диван с ногами, он одной рукой держал помятый лист пальмы, на другой отчаянно грыз ногти. В глазах стояли слёзы.

— Так ты говорила правду про лишние конечности и разное… ну… то, что со мной могли сделать?

— Как видишь. К сожалению, это не развлекательный канал.

— Я ещё подумал, какой странный юмор у тебя. А зачем они это делают?

— Не знаю. Зато знаю, что у кого-то сейчас станет одной конечностью меньше. Помнишь, я оторвала мусорщику клешню? Так вот, твою оторвать ещё проще, и за неё я смогу ещё и немалую сумму выручить! Только твои руки работают хуже клешней! Что ты здесь наделал?!

Чем больше я распалялась, тем сильнее он вжимался в диван.

— Я не хотел, оно само сломалось! А пальму… эта железяка вырвала её с корнем, а я пытался её отобрать, жалко ведь! Потом подключился второй… мне ничего не оставалось делать, как принять бой. Но было уже поздно.

— «Значит, дрон-повар тоже сломан», — подумала я.

Вид перепуганного ребёнка и его искренне раскаяние в глазах меня насмешили. Приятно было улыбнуться за столько лет. И вообще, чего я переживаю? Мне это всё уже не нужно. А для пальмы был сегодня день пересадки, вот запрограммированный на это дело дрон и занялся работой, кто ж знал, что так выйдет?