В какой-то момент мне показалось, что он готов наброситься на меня с кулаками, и я знал наперед, что если это и произойдет, то и поделом мне, сам виноват. Но затем он опустил руку, и на его лице появилась кривая ухмылка.

– Ты прав, Петерсен. Сказать по совести, я терпеть не мог эту стерву. Знал, что она изменяет мне. И поэтому в ту ночь она заслуживала смерти.

– Отец!
– изумленно воскликнула Эспет.

Но тут из динамика радиопередатчика раздался надсадный голос Малетера.

– Малетер вызывает Фергюса. Малетер вызывает Фергюса. Фергюс, ответь. Давай же.

Старик схватил микрофон.

– Что тебе нужно?

– Мне нужен ты, Фергюс. И твой агрегат.

– Мой ответ ты уже знаешь.

– Тогда выгляни в окно, старый пень, - захохотал голос в динамике.

Мы дружно посмотрели в окно, обводя взглядом горизонт в ожидании увидеть на нем ярко-красные всполохи, означавшие приблежение реактивных саней почтовой службы. Но равнина была по-прежнему пустынна. И тут неподалеку от купола стремительно взметнулось ввысь сразу несколько фонтанов пыли, застывших на какое-то мгновение на фоне темного неба и затем медленно осевших обратно, образуя на поверхности миниатюрные кратеры, вскоре полностью исчезнувшие.

– Первый залп, - обэявил Малетер.

– Чертовы почтовые ракеты, - выругался я.

– Что я слышу? Никак щенок помянул почтовые ракеты?
– язвительно переспросил передатчик голосом Малетера.
– И в самом деле, не может же он все время ошибаться; по закону вероятности и на его долю должен приходиться некоторый процент верных догадок. Это была одна из них.

Фергюс нажал кнопку, и откуда-то снизу начал медленно выползать, закрывая собой окно, огромный металлический щит. Он все еще был в движении, когда Малетер объявил:

– Второй залп тоже будет мимо, но он придется гораздо ближе.

Мы не видели второго залпа, но ощутили его. Купол вдруг содрогнулся и закачался, словно корабль, попавший в шторм. Из отсеков, в которых содержались животные, послышалась какофония из душераздирающих воплей и грозного рычания.

– На так что, Фергюс?
– поинтересовался Малетер.

– Ты человек военный, - тихо сказал Фергюс.
– И тебе ли не знать, что с помощью артиллерии можно уничтожить объект, но нельзя им завладеть.

– Для этого существуют наземные войска, - ответил Малетер.
– Когда сопротивление противника сломлено, они идут на штурм и производят захват. Однако, как бы мне ни хотелось продолжить эту захватывающую дискуссию на темы военной стратегии и тактики, но, увы, время не позволяет. Так ты сдаешься?

Обернувшись к дочери, Фергюс принялся отчаянно жестикулировать, показывая, как будто бы он облачается в воображаемые брюки и надевает невидимую шляпу. Поначалу Элспет была явно озадачена этим представлением, но затем понимающе кивнула и быстро вышла из комнаты.

– Так ты сдаешься?

– Какие твои условия?
– спросил Фергюс.

– Безоговорочная капитуляция, разумеется. Сдача безо всяких условий и всякое необходимое содействие с твоей стороны. При этом вы выходите из-под купола - все трое - прежде, чем моя техника окажется в зоне досягаемости твоего оружия. Уж во второй раз я не позволю себя провести.

Элспет вернулась, держа в руках три скафандра. Мы молча облачились в них.

– Я жду, - продолжал разоряться Малетер, - считаю до десяти...

– Мой ответ - нет, - объявил Фергюс.

– Дело твое. Пеняй на себя, старый дурак. Сам напросился.

Я видел, как Фергюс и Элспет поспешно опустили забрала на шлемах. Я последовал их примеру, но душераздирающие кошачьи вопли были слышны даже через шлем, и мне стало жалко несчастных хищников. И тут был выпущен третий залп. Снаряд угодил прямиком в купол, производя непередаваемый звуковой эффект - как будто огромным молотом ударили по гигантских размеров колоколу. Сотрясение было таким сильным, что мы не удержались на ногах. Ничком растягиваясь на полу и при этом безуспешно пытаясь одной рукой поддержать Элспет, я видел, что металлическая броня окна пробита, и через трещины в ней в комнату устремляются потоки мелкой серой пыли. Остатки воздуха с пронзительным свистом улетучились из-под купола. Вой и рычание горных кошек внезапно смолкло. Наступила тишина.

В наушниках моего шлема тем временем уже раздавался раздраженный голос Фергюса, иступленно твердивший: "Петерсен! Элспет! К двигателю Манншенна. Там безопаснее..." Вскочив с пола, старик изо всех сил тянул меня, но когда в конце концов я тоже сумел поднялся, то в следующий момент едва не растянулся снова, так как раздался четвертый залп, и один из снарядов угодил в цель где-то наверху.

Затем я попытался поднять с полу Элспет.

– Элспет, - тормошил ее я.
– Элспет...
– Но она не отозвалась и даже не пошевелилась. Тогда я подхватил ее на руки, взвалил на плечо и последовал за стариком, заковылявшим к двери и дальше, по длинному коридору. Пыль была везде. Подобно вязкой жидкости, она сочилась через трещины в полу, мешала идти.