— Принято, — кивнул Голицын. — Сейчас отдам приказ своему начальнику охраны. И будем взаимодействовать. Повторять то, чем занимались наши рода с незапамятных времен — помогать спасать Империю.

— Не просто Империю — Россию.

И крепкое рукопожатие двух крупнейших аристократов империи скрепило дружеский союз.

— Держи морок, держи крепче! — окрик деда вернул меня из транса. Вот черт старый, опять концентрацию сбил.

— Ты слишком сильно стараешься. Нельзя так напрягаться, позволяй Силе спокойно выходить из тебя, а для этого не надо тужиться, как на толчке, — уже спокойней продолжил дед.

Да, утомил меня черт старый. Причем методика обучения была какая-то странная, перескакивала с пятое на десятое, закономерности в ней я не мог уловить. То морок, то биолокация, то глубо— и дальновидение… Моя энергетика была раскачана так, что уставший и еле волочивший ноги после занятий, я мог забыться сном только перед самым подъемом в школу, до этого в мозгу словно черти плясали, устраивая чехарду и кавардак.

— Да, вижу, ты выматываешься, — хлопнул меня по плечу дед.

— А куда деваться? — ответил я. — У меня не только ваши занятия, еще и школа есть, приходится совмещать.

— Вот только есть одна маленькая закавыка — возможно, что и школа ваша накроется.

— Как это «накроется»? — тупо спросил я.

— Я в курсе, что сейчас Империя стоит на пороге потрясений. Да и ты, наверное, тоже, отец не мог не сказать.

— В общих чертах, — сказал я.

— Ну а я знаю не в общих, — Козьма покачал головой. — Тебе нужно больше готовиться.

— В сутках, увы, только двадцать четыре часа, а не тридцать шесть или сорок восемь.

— Ты не думал о том, чтобы сдать экзамены экстерном? — прищурился дед. — А то с такой подготовкой ни то, ни то нормально не выходит.

— Я подумаю, — честно ответил я. А может, и вправду сделать так? Тратить драгоценное время на высиживание в классе и делая вид, что изучаю новые, а на самом деле давно пройденные знания? Лучше его потратить с пользой.

— Подумай. А я поговорю с отцом. Надеюсь, он не будет против…

Операцию по зачистке мятежных кланов назвали «Чертополох». Может, кто решил поумничать из аналитиков, может просто программа автоматической генерации имен подсуропила. Но — общая идея вполне совпадала с названием папки. Следовало выдрать всю заразу, которая пыталась изнутри развалить государство ради личных амбиций. И для этого Драбицын задействовал серьезные силы.

Не считая задействованных обычных ресурсов, Служба Безопасности выставила шестнадцать групп быстрого реагирования для работы в крупных городах. Им в помощь придавались отряды полиции «Контртеррор» и «Опричнина». Если первые специализировались в основном на освобождении заложников и разбирательствами с разного рода анархистскими боевиками, то вторые вообще в новостях не мелькали и большая часть обывателей даже не знала про их существование. И зря, потому как людей в «Опричнину» отбирали с опытом работы под прикрытием и зачастую СБ не могло четко сказать, где заканчиваются границы их ответственности, и где начинают работать агенты полиции. В деле выявления глубоко законспирированных революционеров и прочей нечисти цепные псы государства не различали погон, а рвали глотки.

За пять минут до начала операции к графу Драбицыну в кабинет зашел адъютант:

— Ваше Превосходительство, у нас утечка. Служба перехвата зафиксировала звонок к ведущим фигурантам. Анонима сейчас пытаются вычислить. Заговорщиков предупредили, что они раскрыты и вот-вот будут арестованы.

— Где они сейчас?

— Частный загородный клуб «Пеликан». Марина, гольф-поля, рулетка и прочее. Штурмовые группы на позициях, но еще не выдвигались на передовой рубеж. Им понадобится не меньше десяти минут для того, чтобы начать атаку.

— Ждать уже смысла не имеет. Давай отмашку всем, наверняка по цепочке уже названивают и пытаются семьи выдернуть.

адъютант исчез, а генерал-лейтенант задумался. За этот прокол с него спросят. Наверняка. Тем более, что недоброжелателей полно и многие спят и видят, как бы на место главы СБ продвинуть своего человека. Что такое десять-двадцать минут до начала арестов? Казалось бы — мелочи. Но вот только сейчас группам захвата придется брать людей, которые уже наверняка будут осведомлены о предстоящей атаке, схватят оружие и постараются подороже продать жизнь. В ситуации, когда над головой висит обвинение в государственной измене — в плен никто сдаваться не будет. Головы все равно не сносить. И какой кровью придется заплатить за объявившегося так не вовремя крота — предсказать не получится.

Но все фигуры расставлены, команда «фас» отдана и лишь остается ждать результатов.

Когда ворвавшийся в зал охранник выдернул дородного Бахметева из-за карточного стола, глава клана испытал жалость. Вот ведь как бывает, растишь кадры, заботишься о них, присматриваешь и помогаешь в решении тех или иных вопросов. Потом у кого-то крышу сносит и все — увольнять, либо хоронить, если много лишнего знает. А ведь хороший был парень, многократно проверенный и разок даже грудью защищавший от нападения бастующих железнодорожников. Но через секунду до старика дошло, что именно кричит телохранитель и Бахеметев уже сам начал активно шевелить ногами, моля лишь об одном: хоть бы не споткнуться! Затопчут же уроды, кто гремит ботинками позади…