— Спасибо за увлекательную и интересную лекцию. По этой папке. Я обираюсь запустить ее в работу.

— Не беспокойтесь, граф, можете использовать всю информацию. На наши источники она не выведет. — Дмитрий поднялся со стула. — И помните, граф, все правоверные, вся умма на вашей стороне и стороне Империи, любая помощь, которая от нас потребуется, вам будет оказано.

— Спасибо, — искренне сказал граф. — Это очень важно для нас.

— Обращайтесь, — улыбнулся Дмитрий, обозначив двумя пальцами воинское приветствие, вскинув руку к воображаемому козырьку.

— Обязательно, — сказал Драбицын, посмотрев на лежащую на столе папку. Ух и вставлю я аналитикам, подумал он. Просмотреть такое…

Интересно, у них вообще существует понятие «зима»? Когда выходишь из кондиционированного салона аэробуса и попадаешь сразу в плюс двадцать восемь с семидесятипроцентной влажностью, все тело покрывается липкой испариной, пропитывающей штаны и рубашку насквозь. И это после морозного Петербурга! Понятно, почему сюда так и прет праздный люд — отдохнуть в тепле, опробовать экзотики, откиснуть в океане… Хотя вру, нет тут океана, только река Чаупхрая. За океаном надо ехать южнее, на берег Сиамского залива, излюбленное место отдыха всех без исключения туристов в моей реальности. В города, выросшие из нищих рыбацких деревушек и ставших преуспевающими курортами. Но я сюда не отдыхать приехал.

Пройдя таможню и поймав размалеванное такси, я поехал в Амара Бангкок Отель — рекомендованное место для туристов из Российской Империи. Почему рекомендованное? Да очень просто — оно находилось в двух шагах от посольства РИ. При любых непонятках с местными копами или прочими консульские услуги — вот они, рядом. Но с другой стороны — все здесь под присмотром местной контрразведки и шпионов всех мастей.

Хотя я интереса не должен вызывать по нескольким причинам. Во-первых, я подросток. Во-вторых, по легенде я зубрилка из Питера, премированный за отличную учебу и победу на олимпиаде по точным наукам Петербургского универа. Легенда была сделана на «отгребись» папиными спецами, глубокого внедрения не предусматривала, настоящий Коля Скворцов сейчас внезапно поступил в физико-математический интернат при универе, и счастливый грыз гранит науки. А очень похожий на него я буду здесь находиться всего неделю. Памятуя папины инструкции — из отеля не выходить, в бар и по дешевым тайским блядям не ходить в силу малолетства, жариться в солярии и отмокать в бассейне. Ну что делать, такая работа.

Распаковав вещи в очень хорошем номере со всеми удобствами, я как следует упаковался, взял заграничный паспорт и почапал в посольство, где со мной должны были установить контакт под предлогом регистрации прибывших в Бангкок граждан РИ, которые обычно забивали на эту тему большой болт, предпочитая оставаться неподконтрольными.

На удивление, внутрь меня пустили легко, улыбнувшись при виде моего скаутского галстука, повязанного вокруг воротника — старый прием, с пионерскими галстуками так еще в Союзе прокатывало, как рассказывали старые опера.

— Скворцов? — секретарь полистал мой загранпаспорт, украшенный теперь Сиамской визой. — Обождите.

Он указал мне рукой на стулья для посетителей и куда-то ускакал с моей синей орластой книжечкой.

Вернувшись минут через пять, он подал мне обратно аусвайс, ознакомил под роспись с правилами поведения туриста и вежливо попрощался. Я пожал плечами, убрал паспорт и вышел из посольства. Странный у них, однако, прием.

Книжечку я открыл только в туалете своего гостиничного номера, убедившись, что там не стоит камер — смартфон, выданный в СБ позволял определить наличие таких дивайсов надежно, не просто кустарным методом с селфи-камерой. Так, что тут у нас? Ну пометки в паспорте исключены, на таможне только что не обнюхивают его, а ультрафиолетовый считыватель надежно прочитает и скрытый текст. О, да все просто, оказывается! Маленький стикер, типа ярлычка с ценой, приклеен к задней странице паспорта. Я отлепил ярлычок. На обратной стороне еле проступали буквы и цифры «Сой ковбой 22.00». Что это за место? А хрен его знает, я гуглить не стал по вполне естественным причинам. На месте посмотрим. Ну а пока можно спокойно посетить бассейн и насладиться другим олл-инклюзивом в виде жратвы. Только традиционной, а не экзотической, на которую падки туристы — свинина в сладком соусе и живые морепродукты меня не возбуждают, не хватало еще дристать всю оставшуюся неделю. Я все-таки на работе.

Теперь я понял, почему таксист, которого я поймал, отойдя на милю от отеля, так странно на меня косился. Сой ковбой оказалась блядским местом для любителей экзотического тайского сек… массажа, то есть. Короткая стопятидесятиметровая улочка, на которой натыкано блядюшников и просто толпится куча страждущего народа всех полов. О чем связной думал, да меня здесь изнасилуют при исполнении! Я глубоко вздохнул, и ввинтился в толпу, отталкиваясь от сисек и писек, предлагаемых на вынос.

— Развлечемся? — спросили меня по-русски.

Я обернулся. Мужик непонятного возраста, в ковбойке завязанной узлом и охеренно стильных шортах с пальмами, на ногах — грязные шлепки.

— Иди сам себя развлеки в уголке, или членодевку сними, пусть хапнет твой висяк и в задницу трахнет.

— Да ну? — мужик почесал пятерней волосатое пузо. — А если я дам тебе сто два бакса?

Я напрягся. Сто два было одним из чисел в пароле связника.

— Двести три, и договоримся.

— Ладно уж, дам триста пять.

Все верно. Пароль-отзыв-пароль, опознавание пройдено.

— Пойдем, — вздохнул я.

— Ну пойдем, — сально оскалился мужик.

Как только мы отошли подальше от толпы и прошли несколько кварталов, минуя сосущиеся по углам парочки, мужик переменился — теперь это был уже не любитель мальчиков.

— Все нормально, — сказал он, когда мы зашли за какой-то мусорный бак. — Вот тебе все, что надо. Запомни, передать лично.

В мою ладонь перекочевала микросдшка.

— Теперь так, времени нет, тебе нужно срочно вернуться в Питер.

— Как?