— Вот тебе спецсредство. Имитирует пищевое отравление. Поблюешь, продрищешься и завтра возьмешь билет назад в связи с внезапным недомоганием, рейс отсюда вылетает вечером. Действие длится сутки.

Ну блин спасибо тебе, добрая женщина! Только хотел всего этого избежать… Не слишком ли многовато реализма?

— Все, возвращайся в отель, а утром примешь таблетку.

— Подожди. Резервный вариант эвакуации?

— Никакого. Основной. Все, разбежались!

Ну разбежались так разбежались. Пойду пешочком прогуляюсь и отойду подальше.

С утра я покатывал в руках таблетку и думал, пить ее или не пить. Эх, прощай мечты об отдыхе! Зато если выпью и заболею, меня со всей помпой доставят в аэропорт на полицейской машине и депортируют — по местным законам турист эконом-класса со смешной страховкой может на свой страх и риск остаться и лечиться до истечения срока визы, платя в местном госпитале наличкой или улететь к себе на родину.

Я, вздыхая, включил плазму на стене на местные новости. Твою мать! Несмотря на то, что я не читал на тайском с их закорючками, лицо на экране я узнал. Тот мужик, с которым я вчера встречался. Официальное фото и ролик с места преступления, где он лежал в луже крови в своей стильной одежде под блицами репортеров на фоне бродящих полицейских.

Я начал щелкать пультом, пытаясь поймать англоязычные новости. Ну вот. Второй секретарь посольства Российской Империи был найден убитым недалеко от квартала красных фонарей. Полиция рассматривает версию бытовой преступности как основную. Ага, щаз. Два раза. Что это значит? Только одно — надо убираться, срочно.

Я спрятал таблетку обратно — мне она уж точно сейчас без надобности. Что берем? Вещи — нахрен, а вот всю электронику, помещающуюся в небольшой рюкзак — запросто. Симку и аккумулятор из смартфона — нахрен, хоть это и спецтехника, но она меня может выдать. Ну вроде все? Я бросил тощий рюкзак на постель. Посидим на дорожку? И дадим потенциальным преследователям фору? Ну уж нет.

И тут раздался стук в дверь номера.

— Кто?

— Обслуживание номеров! — миловидный женский голос на английском с легким акцентом.

Ну если учесть, что от обслуживания я отказался, а на ручке висит табличка «не беспокоить»… Быстро же на меня вышли!

Я спокойно и не торопясь открыл дверь. Милая таечка в униформе вкатила в номер тележку-поднос, притворила дверь… Милая, если смотреть обычным взглядом. Поселенный Пузырь этой подруги прямо-таки и светился красным, перекачанный энергией. Прямо как в том мультике — «наверно, будут убивать».

Ох уж эта бессмертная классика — нож для колки льда! Сколько людей было им заколото во всех детективах! Ну вот только со мной этот номер не прошел. Я перехватил руку с невесть откуда взявшимся хозяйственным инструментом и помог горничной вогнать себе его в грудь с противным чавканьем и хрустом — это только в дешевых фильмах называется «удар последнего шанса», на самом деле это обычный рядовой прием против вооруженного противника. Вырвав ледокол из груди горничной и смотря на сполохи ее ауры, я ударом ноги повалил ее на пол и вогнал адское шило прямо ей в лобешник, в стогну буркало, пробив мозг. Все, дело сделано — горничная немного подрыгалась в агонии и отправилась в Навь или куда там у них отправляются? Фу-у, она еще и облегчилась… Ну и запашок…

Я обтер шило и бросил его в мешок — хотя бы что-то лучше, чем ничего, из оружия у меня ничего нет. А теперь что? Уходить будем обычно, нормально, как на прогулку, ничего не случилось. А там уже оторвемся от потенциальной слежки. И сразу нужно облегчить себе жизнь — опустошить банкомат в фойе по максимуму, карточка — это мишень, и ее будут отслеживать, а наличные, особенно в нормальных валютах — нет. И то, снимем не все, что можно, мелочь оставим, рублей двести. Вовремя потерянная и найденная кем-то карточка может дать дополнительное время, чтобы уйти подальше. И да, аэропорты теперь отпадают — хоть за мной охотится и не полиция, она подключится, когда в номере найдут труп. А вот куда и как выбираться — предстоит узнать после изучения документов, который дал мне погибший связник. Ну, что, в путь? Я окинул взглядом номер, фэншуй которого портила только горничная, из которой уже изрядно натекло на пол, и пошел на выход.

Самолеты-пароходы, а я маленький такой.

Иногда у Алексея Михайловича Драбицына возникало ощущение, что, в процессе общения с сыном, он набрался всякого разного из молодежного сленга и прилипчивых словечек, которые в ходу у пацанвы с пригородов столицы. Откуда их мог подцепить Александр — это другой вопрос, а вот как взрослому и умудренному опытом мужчине отвязаться от прилипших поговорок?

Послеобеденные размышления о контркультуре неожиданно прервал звонок. Обычно этот старый аппарат, стоявший сбоку от стола на отдельной тумбочке, использовался лишь для проверки запасной системы связи, проложенной между всеми важными государственными учреждениями в древние времена. Поэтому резкая трель ударила по нервам и сразу породила ощущение не до конца осознанных неприятностей.

— Его Превосходительство! Дежурный по штабу Гражданской Обороны!

— Слушаю.

— Красный код, господин генерал-лейтенант! Вашу охрану должны сейчас уведомить. Две минуты назад атакованы казармы гвардии, а так же императорский дворец. Последняя информация будет доступна по линии «Кречет».

— Понял, спасибо за оперативность.

«Кречет». Система управления специальными службами на случай военных действий на территории государства и атомной войны. Похоже, сбылись самые паршивые прикидки аналитиков, которые еще вчера вечером шаманили над собранной информацией и чесали затылки. Мятежники все же решились на полномасштабную атаку, бросив в бойню все доступные силы. А мы, как всегда, чуток проминдальничали и теперь будем давить, пресекать и разгребать, умываясь кровью.