Вдвоём пришедшие составляли прекрасную и старую как мир парочку «плохой стражник — хороший стражник».

А ещё колдун почему-то казался Таше странно знакомым.

— Кажется, я велел тебе позаботиться о своей спутнице, — холодно произнёс альв. — Вернее, о её отсутствии.

Впрочем, назвать «холодным» этот мелодичный, полный завораживающих гармоник голос было несколько неправильным. Он скорее напоминал… бриллиант.

Прекрасный — и очень остро огранённый.

— Но, Герланд-энтаро, она сама… и я… она ведь…

Таша следила, как Джеми перетряхивает ящики своей памяти в поисках нужных слов. Понимая, что не отказалась бы, чтобы слова эти нашлись поскорее.

Потому что когда в тебя вот так всматривается бездна альвийских глаз, ты вдруг испытываешь смутное ощущение, что жизнь твоя подвешена на чём-то очень и очень тонком: куда более тонком, чем волос.

— Забавно, — вдруг изрёк альв. — Мы раньше не встречались.

Из уст любого человека подобное высказывание в подобном случае прозвучало бы вопросом. Но альв не только утверждал, что раньше они не встречались, — в его словах легко читалось, что они совершенно точно не встречались, ибо он помнит всех, когда-либо им встреченных. Даже людей. Даже таких незначительных людей, как светловолосая девчонка шестнадцати лет отроду.

Таша не отвела взгляд. Что-то подсказывало ей, что сейчас каждый её поступок взвешивается на невидимых весах, и кидать на эти весы собственную слабость ей совсем не хотелось.

— Мне знакомо твоё лицо, — продолжил альв.

Музыка в его голосе морозила слух.

— Мне тоже, как ни странно, — добавил маг, до того молча созерцавший Ташу рассеянно-улыбчивым взглядом. — Мы с юной лэн определённо где-то виделись.

Голос…

Ташино сознание, лихорадочно рывшееся в сусеках памяти, вдруг обнаружило необходимое.

— Прадмунт, этой зимой! — слова сорвались с губ почти помимо воли. — Вы изгнали оттуда «некромансера»!

Маг взглянул на неё с удивлением.

— Прадмунт, Прадмунт… деревенька у границы Озёрной с Окраинной?

— Да!

— А, было дело, — колдун зевнул. Невероятно, но он даже зевал улыбчиво. — Тоже мне «некромансер», невежда и насильник с драной книгой заклинаний… надеюсь, его дар достался более достойному. Значит, ты из Прадмунта?

— Вы к нам заходили. Наш пастырь велел маме отдать вам бутылку лучшего сидра.

Лицо колдуна наконец озарила явная улыбка.

— Так ты старшая дочка Фаргори-лиэн? Вот так встреча, нечего сказать!

Альв молчал.

Впрочем, его внимательный взгляд говорил куда больше любых слов.

— Что же тебя привело в общество нашего мальчика? — маг прямо-таки лучился радостью: казалось, Таша сообщила ему нечто необыкновенно хорошее. — И как давно, позволь спросить, ты пребываешь в его обществе?

Его улыбка была заразительной. Она откликалась на твоих губах, проникала в душу, распускала боль, свернувшуюся тугим узлом…

— Хватит, Найдж! — Джеми грозным петухом подался вперёд. — Свой дар на ком-нибудь другом используй, а на моей королеве не смей! И можешь не искать окольных путей, потому что Таша всё обо мне и о сообществе знает, вот!

Таша предполагала, что заговорщики должны прекрасно владеть собой и своими эмоциями.

Однако, судя по вытянувшимся лицам обоих, подобное заявление способно было выбить из колеи даже заговорщиков.

— Твоя королева? — тихо уточнил альв.

— Знает всё о сообществе? — уже без улыбки переспросил колдун.

— На каком же основании?

Последний вопрос они задали хором, и от этого дуэта у Таши мороз расползся по коже.

Джеми набрал воздуха в лёгкие.

— А я вам скажу, на каком основании! Потому что вы должны немедля преклонить колени и…

— Нет!

По тому, как все трое уставились на неё — Таша запоздало поняла, что огласивший комнату крик принадлежит ей.