Я невольно восхитилась смелостью подруги. Так его! Давно пора сбить спесь с этого наглого, невыносимого дракона. Если это не удастся принцессе — вряд ли вообще кому-нибудь удастся.

— Вы слабая, хрупкая, беззащитная, — рычал в ее лицо Кассиан, отстаивая позицию.

— Ха!

Мужчина изумленно вскинул брови:

— Ха?

— Я одна из лучших симпаток Империи! Дипломированная выпускница Академии ловцов! И далеко не так хрупка, как вы считаете.

Девушка наотмашь ударила его в грудь.

Он даже не покачнулся. Ближе притиснулся к Адель, словно пытался подавить собственной властностью.

— Напомните, когда это вы успели получить статус императорского беллатора, Ваше Высочество?

— Не моя вина, что в Орден Меча и Пламени принимают исключительно мужчин!

— А чья?

— Полагаю, Ордена!

— То есть теперь виноваты магистры?

— Думаете — нет?

— Не все ли равно, что думает лишенный привилегий заурядный командир? — Зло рыкнул дракон.

Фраза, брошенная с глубоко затаенной болью, отрезвила Адель. Подруга вдохнула и, забыв о приличиях, в который раз ударила мужчину в грудь.

— Хватит, Кассиан. Дай дорогу. Мы устали и хотим спать.

— Мы?

Дракон дернулся, точно получил удар плетьми по спине. Отшатнулся, давая принцессе свободу, и пугающе медленно оглянулся в темноту, где все это время я старалась не выдать себя шумом.

— Она тоже здесь?

Произнесенное с такой непередаваемой интонацией «она» намекнуло, как сильно бывший хозяин по мне «соскучился». Как «страстно» желает удавить.

Я печально вздохнула. Рано или поздно все равно бы встретились, чего тянуть? Внутренне успокоилась и, не таясь, выступила в полосу тусклого света под потолочной лампой.

— Здравствуй, Кассиан.

При моем появлении дракон закаменел. Мужское лицо отразило весь спектр душевных страданий, и вновь стало холодным и безжизненным.

— Твоя идея — заявиться?

Я безучастно пожала плечом.

— Да.

— Отдаешь себе отчёт, что натворила? Еще и ее, — кивок в Адель, — притащила.

— Ева ни при чем, — заступилась за меня подруга. — Сама так решила.

— Сейчас примешь новое решение, Ади, — свирепо рявкнул мужчина. Как посмотрю, титулы и вежливость мы дружно оставили в столице Империи. — Забирай родственницу, — теперь мотнул в мою сторону, — и возвращайтесь немедля.

— Нет, — заявила я, намекая, что генерал больше не имеет власти командовать.

— Ева, пожалуйста, — предпринял последнюю попытку бывший лорд, но я отрицательно качнула головой.

Дракон прорычал сквозь зубы:

— Ненормальные.

— Нормальным в Эде-Раинэ делать нечего, — грубо заметила Адель. И подошла ко мне, предлагая локоть. Самое время. Иначе через секунду я бы прилегла на полу.

Кассиана окутал вихрь защитного экрана. Воздух блеснул от мощного выброса энергии, разогрелся.

Отгородился от нас. Сделался недосягаем для чтения эмоций и чувств. Глядящие в упор глаза слабо вспыхнули остаточными проявлениями гнева и погасли.

— Правильно понимаю: в столицу вы не собираетесь?

Я упрямо повторила:

— Да.

Мужчина усмехнулся, импульсивно помассировал переносицу и, видно, вспомнив, кем был рождён, согнулся пополам. Первый почтительный поклон достался драконице, второй — мне.

— В таком случае, не вижу смысла продолжать. Ваше Высочество. Леди Ева. Доброй ночи.

Разогнулся и с идеально прямой спиной скрылся в темноте.

27. Откровение

Первой отмерла Адель, издав тихий стон.

Я тоже пошатнулась, более не в состоянии стоять вертикально.

Мы обе одновременно съехали по стеночке, притянули колени к лицу и обхватили головы ладонями. В воздухе звенело напряжение. Слышался пугающий вой полуночного ветра. Переговоры ловцов на стенах. Шорох клинков, топот и хлопанье дверей.

— Впервые вижу, чтобы Кассиан так взбесился, — призналась я через несколько минут. — Ты явно впечатлила милорда.

— Сомневаюсь, — глухо возразила подруга. — Чувствовала его эмоции. Сплошное раздражение и злость. Он нам не рад.

— Знаешь, — я сложила ладони вместе и прижила к губам, отогревая дыханием, — в моем мире есть поговорка: лиха беда начало. Труднее всего сделать первый шаг. Дальше станет легче.

Девушка подняла взор, скептически изогнула брови.

— В отличие от вас с Реем — мы не истинные. Всего лишь осколки. Половинки единого целого.

— В смысле?

— Я и он, Ева… Мы драконы без пары. Боги обрекли нас на вечное одиночество. Жизнь с нелюбимыми. При условии, — она горько усмехнулась, — что этот «нелюбимый» однажды найдется.