Я послушно записал все адреса и телефоны, а также вернул конверт с чеком Клоду Пембертону, который взял его с нескрываемой неохотой.

– Берите, берите, - сказал я.
– В противном случае мистеру Вулфу придется его разорвать, а это его переутомит - он терпеть не может физических упражнений. К тому же Хорэсу Винсону наши условия вполне по карману.

– Но ведь наши люди уже собрали деньги!
– жалобно взвыл президент КСПОБ.

– Ну и что? Отошлите их обратно. Организуйте на них Рождественскую вечеринку для членов клуба или выпустите бюллетень.

– Мы уже и так выпускаем бюллетень, на членские взносы, - проворчал Пембертон, неохотно засовывая конверт во внутренний карман пиджака.

Проводив трио к выходу, я ещё раз поблагодарил их за приход, и мы распрощались.

Заперев за ними дверь, я прошествовал в кухню, где Вулф наблюдал за тем, как Фриц колдует над ужином.

– Снова все на меня свалили, - пожаловался я, напуская на сенбя обиженный вид.
– Сами - в кусты, а бедный Арчи должен за вас каштаны из огня таскать. Не бойтесь, гости выставлены на улицу, а чек возвращен Пембертону, хотя радости это ему не доставило. Как они вам?

Вулф отпил пива и зажмурился.

– Искренне хотят помочь, но толку от них мало, - провозгласил он.

– А вы что, рассчитывали, что они назовут вам имя убийцы и приволокут его нотариально заверенное признание?

Вулф не ответил, продолжая сидеть с закрытыми глазами. Надеялся, должно быть, что я исчезну.

И я исчез.

Глава 17

Хотя в беседе с Вулфом душой я не покривил, разговор о деле за карточным столом у Сола все-таки заходил, пусть и ненадолго. Собственно говоря, сама игра уже завершилась, и я сгреб в карман скромный выигрыш, львиная доля которого досталась мне при последней сдаче, когда моя тройка десяток побила две пары Фреда. Я уже распрощался и поднялся было, чтобы уйти, когда Сол остановил меня.

– Я продолжаю искать Клариссу Уингфилд, - извиняющимся тоном сказал он.
– Пока ничего определенного, но свет в конце тоннеля забрезжил. Передай мистеру Вулфу, что если к началу уик-энда я не добьюсь успеха, то ничего с него не возьму, даже на расходы.

Таков наш Сол Пензер; к любой работе он относится серьезно и даже в мыслях не допускает, что может подвести Вулфа, а тот это знает и ценит. Вот почему Сол получает свой гонорар всегда, вне зависимости от того, добился он успеха или нет. Впрочем, положа руку на сердце, я не могу припомнить ни единого случая, когда бы он потерпел неудачу.

На следующее утро, в пятницу (если вы любитель хронометрировать события), я сидел в кабинете над бухгалтерскими книгами, пытаясь не обращать внимания на адский грохот и лязг металла, когда затрезвонил телефон.

– Готово!
– гаркнул мне в ухо Сол.

– Надо полагать, это означает удачу?
– с деланным спокойствием вопросил я.

– Совершенно верно. Интересующая вас дамочка проживает в Хобокене, устроившись на работу в небольшую картинную галерею. В данную минуту она как раз там.

– Ты уверен?
– тупо спросил я.

– Так же, как и в том, что стою сейчас в телефонной будке напротив местного железнодорожного вокзальчика. Вашу беглянку я видел четверть часа назад.

– Чтоб мне пусто было! Как тебе удалось её найти?

– Долгая история, да и раскрывать профессиональные тайны не хочется. Впрочем, за партией в джин-рамми как-нибудь расскажу, так и быть. Кстати, с ней самой я, разумеется, не разговаривал - тут уж перед такими профессионалами, как ты, я пасую. Тебя, вероятно, подробности интересуют?

Я проблеял, что даже очень, и Сол со мной поделился. Когда я положил трубку, часы показывали 10:52, то есть до прихода Вулфа из оранжереи оставалось восемь минут. Если он, конечно, после завтрака поднялся туда, а не к себе в комнату. Ручаться я бы не стал, учитывая жестокий кризис, в котором он оказался.

Как бы то ни было, в 11:03 Вулф вошел в кабинет, даже не запыхавшись, вставил в вазу веточку онцидиум трулиферум и уселся в свое необъятное кресло.

– Доброе утро, Арчи. Как прошел ваш вчерашний покер - ты выиграл?

Что ж, по крайней мере, он не спросил обычное: "Хорошо ты спал?". Я ответил, что разбогател на несколько песо, после чего сообщил о достижениях Сола.

Вулф внимательно выслушал, затем промолвил:

– Хобокен. Если не ошибаюсь, это на противоположном берегу Гудзона.

– Отличником по местной географии вам никогда не стать, но на сей раз вы угадали. Поезд от Геральд-сквер доставит меня туда минут за двадцать.

Вулф содрогнулся, но быстро пришел в себя.

– Очень хорошо. После обеда.