– С вами всё в порядке?
– нарушил молчание Эльнор.

– Да, - потупила глазки Дашуня.

– А какие дальше ожидаются увеселительные мероприятия во дворце? – вспомнила пожелание Императора видеть нас на всех и, решив таким образом увести разговор в другое русло.

– О, это весело! Каждую неделю ожидается различные празднества, - разговорился молодой мужчина. В то время, как Маркус наблюдал молча. – Ближайшим будет охота! – чуть ли не выпрыгивал он из штанов.

– Вам нравится убивать беззащитных животных?
– охнула сестра. – Ради забавы?

– Ну, э-э-э, все мужчины участвуют, - стушевался он.

– А нам обязательно? – перевела она взгляд на Маркуса.

– Боюсь что да, приказ, даже в форме пожелания лучше выполнить.

– Интересно, а скажет он Вам с крыши прыгнуть, в форме пожелания, прыгните? – не сдержавшись, взглянула на правую руку Императора.

– Прыгну, - улыбнулся мой оппонент. И челюсть моя отвалилась и ударилась об пол.

– И женитесь, на кого укажет? – не верила я в такую преданность.

Его губы расплылись ещё шире.

– А вот этого Вам знать совершенно не обязательно, дорогая Марина. Ещё вина, закусок?

– Спасибо, сыта по горло, - пробубнила себе под нос. – А не проводите ли вы нас обратно к родителям, - медовым голосом пропела. – Притомились с непривычки, голова кружиться начала от мельтешения танцующих, - прислонила ладошку тыльной стороной ко лбу.

– Возможно, вы захотите присесть на диванчики, - вклинился Эльнор. – Дать отдых вашим прекрасным ножкам.

– Интересно, как вы узнали, что они прекрасны, - злясь на себя, за провал, отыгралась на пареньке.

– О-о-о, у таких восхитительных созданий всё прекрасно, - разливался он соловьём. А Даша всё съедала и премило краснела.

Подхватив её, он направился, к диванчикам, стоящим у одной из стен. Маркус, не спрашивая разрешения, поддел мою руку и последовал за родственником.

– Интересно скольких созданий вы успели обследовать, чтобы сделать такие выводы, - прошипела я в удаляющуюся спину.

Смешок рядом опять взбесил. Что такое? Только хохотала, флиртовала, а сейчас рычу, попыталась обуздать эмоции и проанализировать своё поведение. Злость – основное чувство, плещущееся внутри. Начала и далее предаваться самоанализу, полностью выпав из разговора.

– Марина, Марина, - очнулась от тряски за плечо. Выяснив, что злюсь, потому что видит око, да зуб неймёт. Маркус вроде и рядом, а в то же время прикоснуться нельзя, кроме как в танце, или придерживаясь за сгиб. Чёртовы правила хорошего тона и множество любопытных глаз.

– А?... Что? Задумалась немного, - взяла себя в руки, ответила на невысказанные вопросы соседей.

– И часто такое? – услышала краем уха.

– Нет, впервые, - задумчиво протянула сестра.

– Да всё со мной в порядке, - вспыхнула я снова. – Просто подумала, что если Вы пробудете с нами до окончания бала, то даже распоследний глупец поймёт, что вы имеете на нас виды, решили поухаживать и не прочь застолбить. Не пора ли Вам разнообразить этот вечер и покараулить Императора, например, - обернулась к Маркусу, намекая, что хочу остаться одна.

– А ваша сестра сама доброта и тактичность, - улыбнулся он Даше.

– Знаете ли, пожить ещё хочется, - изобразила я акулий оскал. – Пока мы шествовали сюда, в мою спину воткнулось с десяток воображаемых кинжалов. Как же, правая рука Императора обратил внимание на провинциалку, - несло меня.

«Успокойся, прошу. Ты уже грубишь в открытую», - ладошка сестры легла на мою.

– Не хотелось, чтобы мой хладный труп обнаружили завтра в подворотне, - уже тише закончила я.

– А леди имеет привычку гулять по подворотням? – раздалось вкрадчиво с боку.

Вот же чертяка, к каждому слову цепляется.

Повернувшись, слащаво улыбнулась, испепеляя взглядом. «Я бы с тобой поборолась с удовольствием, но обстановка не располагает», - мысленно отвечая, не заметив руку сестры на своей. Та вспыхнула мгновенно, так как уловила мыслеобразы нашей борьбы.

– А если серьёзно, - продолжал Маркус. – Я сумею защитить свою семью.

– Как отрадно это слышать, прям бальзам на душу, - заметив родителей среди танцующих и помахав им. – А если серьёзно, Вы распугаете возможных кавалеров. Завладев полностью нашим временем.

– Вам так неприятно наше общество? – огорчился Эльнор.

– Что ты, - дернулась Дарина, схватив мужчину за руку. – Не уходи, - уже тише добавила она.

Моя ладонь непроизвольно прикрыла глаза, чтобы не видеть такие открытые чувства со стороны сестры. И затем опустилась безвольно вниз.

– Не расстраивайся, племянник неплохой человек.

– Но разве так можно? Сразу падать к ногам, показывая, что небезразличен? Преподнести себя на блюдечке с голубой каёмочкой? – прошептала, не понимая, кому изливаю душу.