Вот и сейчас Серильда проснулась из-за того, что кто-то из детей метался во сне. Не до конца проснувшись, она вгляделась в темноту, пытаясь вспомнить, кто из них сегодня уснул в изножье кровати, откуда сейчас доносились беспокойные стоны.

Протирая глаза, Серильда села, стараясь не разбудить остальных.

– Гердрут? – шепотом позвала она и протянула руку к плечу девочки. – Герди, проснись. Это просто дурной сон.

Но ее рука нащупала не атласную ночную рубашку Гердрут.

Вместо этого Серильда почувствовала что-то… кожистое. Тонкую перепонку и хрупкие косточки.

Ахнув, она отдернула руку. Раздалось шипение.

Едва не упав на Анну, через которую ей пришлось перелезть, Серильда поспешила выбраться из постели и зажечь свечу. В свете огня она увидела темную фигуру.

Перед девушкой предстало существо с огромными желтыми глазами и крыльями, как у летучей мыши. Оно вцепилось когтями в плечи Гердрут и тянулось змеиным языком к ее лицу.

Серильда закричала.

Подчиняясь инстинкту, она бросилась на друду и замахнулась на нее свечой. Но фитилек вспыхнул и погас, погрузив комнату во тьму. Серильда снова завопила, и ее крик соединился с визгом полусонных перепуганных детей.

Пытаясь дрожащими руками снова зажечь свечу, она пыталась сообразить, что в ее комнате сошло бы за оружие. Уж точно не шпильки и умывальник, а кроме них здесь ничего не было. Или… Кувшин с водой! Придется попробовать с ним.

Вот только, когда над свечой вновь заплясал огонек, друды в спальне уже не было. Обезумевшие от страха, дети метались по комнате; они прятались за кроватью и с головой забирались под одеяла, хотя никто из них не понимал, что, собственно, происходит.

Дверь в комнату была приоткрыта.

Серильда подлетела к ней как раз в тот момент, когда Эрлкинг распахнул двери своих покоев с другой стороны коридора.

Не обращая на него внимания, Серильда осмотрела коридор, осветила один его конец, потом другой.

Друда скорчилась за одним из незажженных подсвечников.

– Вон она! – выкрикнула Серильда, ткнув в нее пальцем.

Тварь зашипела и, расправив крылья, прыгнула. Она приземлилась на стену и проворно поползла, цепляясь когтями за неровности камня в попытке добраться до дальнего окна. Не успела она доползти до подоконника, как кинжал пригвоздил одно из ее крыльев к деревянной раме.

Серильда прижала руки к груди – она никак не могла привыкнуть, что даже в такие минуты у нее не бьется сердце. Она посмотрела на Эрлкинга, еще не успевшего опустить руку. Он стоял, прищурив глаза, как будто оценивал расстояние до цели.

– С-спасибо, – пробормотала Серильда. – Друда напала на Гердрут.

Эрлкинг прошел мимо нее, в мягких льняных штанах и – к большому смущению Серильды, – без рубашки, с серебристо-бледной кожей, светившейся в тусклом свете свечи, он приблизился к пытающейся освободиться друде и выдернул нож.

Существо рухнуло на пол, но тут же вскочило на задние лапы и оскалилось.

Эрлкинга это не впечатлило. Он невозмутимо взялся за ее раненое крыло и сжал его в кулаке.

Серильда вздрогнула, явственно услышав треск костей.

Чудовище взвыло, а Эрлкинг поднял его на уровень глаз и посмотрел на него долгим испытующим взглядом.

– Мы искали тебя, – заговорил король. – Почему ты пряталась от моих охотников?

В ответ друда снова зашипела, и ее раздвоенный язык метнулся к лицу Эрлкинга.

Серильда не знала, ожидал ли король, что друда ему ответит. Как бы то ни было, он не выказал ни удивления, ни разочарования. Острием кинжала он развернул ее здоровое крыло, осматривая тварь со всех сторон.

– Я хочу знать, что произошло здесь с тех пор, как мы уехали, – обратился он к друде. – Где остальные мои монстры?

Глаза существа загорелись золотисто-оранжевым огнем. Щелкнули когти.

– Продолжай, – сказал Эрлкинг. – Я не боюсь твоих кошмаров. Покажи мне.

Серильда смотрела на них с открытым ртом.

Эрлкинг хотел, чтобы друда проникла в его разум и наполнила его видениями – но не кошмарами, а правдой о том, что случилось в замке с тех пор, как его покинули хозяева.

Но друда не собиралась этого делать.

Вместо этого маленький монстр вонзил собственные когти себе в грудь.

Изумленный, Эрлкинг уронил друду на пол. Он отошел в сторону, и они с Серильдой вместе наблюдали, как из существа ручейками темной, вязкой крови вытекает жизнь.

– Что ж, – заявил Эрлкинг резким тоном, – полагаю, ей нечего было сказать.