Гость ругался не по-нашенски. Ругался, видимо, на своего питомца. А ещё, как я и догадался, с ногой у него было плохо. Её мало того, что сильно поломало, так ещё и погрыз кто-то…

Надеюсь, что не волочившая его бестия. Иначе выходит, что зверюга не ручная, а просто удивительно обнаглевшая: тащит добычу за собой, подъедая по пути. И даже не стесняется заявиться с подобным подходом к делу на нашу территорию!

Парень ругался, стонал, но его ручная (надеюсь!) бестия была неумолима, продолжая тащить хозяина в город. А стая была уже совсем рядом…

— Кострома, командуй!

— Да к хренам команды! Огонь!.. — рявкнула валькирия, вскидывая винтовку.

Я свою винтовку отдал Гриму (он стреляет быстрее), а сам взял револьвер. Поэтому просто стоял на одном колене, держа оружие в вытянутых руках. Из револьвера так далеко не пальнёшь: надо ждать, пока ближе подойдут. Зато первые выстрелы ружей и винтовки сразу напомнили бестиям, кто тут самый злой и агрессивный вид.

Парень-азиат, который до этого ругался и ничего вокруг не замечал, с удивлением уставился на нас. Его питомец удивляться не стал: он был слишком занят, старательно таща хозяина в город. А мы продолжали вести огонь по хищникам, посягнувшим на нашего собрата и наши границы.

Мне, к слову, так пострелять и не пришлось… Стая, потеряв три десятка особей, резко изменила направление и шустро скрылась в траве. А там их уже выслеживать бесполезно: прячутся они мастерски.

Спустя ещё пять минут мы добежали до азиата с питомцем, взяв транспортировку на себя. Парня водрузили на носилки, сделанные из двух копий и одного натянутого куска ткани.

— Говоришь по-русски? Спик инглиш?

Азиат покачал головой, но при этом выдал что-то в духе «угу» или «укуй». Видимо, вот такое у него «нет».

— Вано! — я показал ему на себя, а потом на него.

— Бату! — ответил тот после паузы, а затем прищурился: — Чи орос у-у?

— Вот, теперь в нашу орду ещё и Батый прибыл! — глубокомысленно почесал затылок Дунай. — А мы его совсем не понимаем…

— Ага… Совсем, как девятьсот лет назад… — добавила Кострома.

— А что он спросил? Я не понимаю, — заметил я. — Вы понимаете?

— Да чего там понимать? — удивилась Кострома. — Спрашивает, урус ты или нет.

— А можешь ему ответить… — начал я, но был прерван смехом валькирии:

— Вано, я по-монгольски ни слова не знаю!

— Но…

— А урус или орос — это и ежу понятно! — подняв палец вверх, ответила девушка.

Да уж, жаль, что я не ёж… Придётся как-то решать языковую проблему.

Дневник Листова И. А.

Сто пятьдесят третий день. Везде есть сумасшедшие

— Выхожу я утром носик припудрить из барака… И вижу — он! — девушка сделала страшные глаза, хотя настоящий ужас заключался в ней самой.

Она пришла в штаб расследования, который мы расположили на одной из рыночных площадей. Там же пока базировался Вавася со своими помощниками, Тимом и Пробкой. Все трое теперь состояли в одной группе, куда Иваныч собирался закидывать всех полицейских. Маша уже искала подходящих кандидатов, а Сочинец, Кострома и Дунай составляли списки необходимого для закупки на Большом Алтаре.

И вот, в обед, когда никто не ждал, на пороге возник зомби! Натуральный такой зомби женского полу. Вонючий, неухоженный — только из могилы поднялся. Не знаю, как мы её с перепугу не пристрелили, особенно когда это существо выдало что-то в духе: «Что, мальчики, соскучились?»… Потому что вот по кому мы не скучали — так это по ожившим покойникам!

Оказалось, что эта особь вполне себе живая. И даже при капсуле, то есть могла бы и помыться, и туалет за баллы купить… Но, к сожалению, относилась она к тем, кого за глаза в городе прозвали «трупарями». И не только за внешний, совершенно неухоженный вид, но и за то, что фактически они уже были мертвы. Если не физически, то психически.

Эти люди продолжали жить некой странной жизнью в фантазиях, где старая и новая действительность переплелись в какой-то фантасмагории, которую никто распутать не мог. Не выдержала их психика всего, на них свалившегося… Вот и спрятались они от окружающего мира. Конкретно та особь, которая предстала перед нами и заявила, что она свидетель, считала себя молодой, красивой и привлекательной дамой… К сожалению, верным было только первое.

Всё-таки красота — это не только природные данные, но и результат ухода за собой, а ещё внутреннего ощущения уверенности, ну и всякого тому подобного. А у этой особы была только внутренняя уверенность и запасы грязи на коже. И если сия дама и могла кого сейчас привлечь, то только навозных мух и всяких паразитов.

Если честно, этот диссонанс между её поведением и обликом был самым страшным, что я увидел за последние дни. Даже судмедэкспертиза Ольши в исполнении гинеколога была не такой пугающей.