— Мне Юлик сказал, что у тебя ко мне срочное дело. Только я не поняла, какое именно.

Знакомство у них с Лерой было весьма своеобразное, а дальнейшее общение и того занятнее, но Наталина хорошо понимала, что таким людям не отказывают.

— Хочу тебя с папой познакомить.

— Зачем? — растерянно спросила Ната.

— Затем. Или ты и дальше собираешься по херам бегать в ожидании, пока тебя кто-нибудь к рукам не приберет. Киса, не скромничай, ты у нас без комплексов, а папуля у меня одинокий. И мне не нравится, что он один. Надо как-то разнообразить его жизнь, придать ей, так сказать, ярких красок.

— А вдруг я ему не понравлюсь?

— Понравишься, — уверенно сказала Лера и расстегнула верхнюю пуговицу на ее рубашке.

— А вдруг он мне…

— А он тебе тем более понравится. Он богатый и привлекательный, еще в самом расцвете сил.

Они прошли в кухню. Альберт Сергеевич уже поставил на стол четвертую тарелку и как раз наполнял еще один бокал вином. Когда девушка вошла, он повернулся к ней всем корпусом и осмотрел с ног до головы. Наталина собиралась поздороваться, даже рот приоткрыла, но так и замерла под пристальным взглядом голубых глаз Соломатина.

Сегодня Ната была скромна. Не в лопающемся на заднице платье, а в джинсах и белой рубашке, которые не скрывали ее весьма женственных форм.

Прервав их зрительный контакт, Соломатин поставил бокал на стол и отодвинул для нее стул. Только теперь Наталина смогла говорить. Она поздоровалась, но вспомнила, что не помыла руки, и Лера отправила ее в ванную.

— Откуда у тебя такая подружка? — спросил отец.

Лерка рассмеялась. Понятно, что у папы глаз наметан, и он сразу всё понял.

Однако от нее не укрылся взгляд, которым отец посмотрел на Натку.

— Наталина, между прочим, психолог, — отметила Лера с непонятной ему улыбочкой.

— Только я сейчас не работаю по специальности, — отметила Ната, как раз входя в кухню.

— А хочешь? — спросил Альберт Сергеевич.

— Что?

— Работать по специальности.

— Очень хочу, — не задумываясь, ответила она.

— Завтра будешь, — спокойно пообещал Соломатин и, взяв телефон, кому-то позвонил. Разговор был короткий, по итогу которого Альберт Сергеевич сказал: — Всё, завтра выходишь на работу.

— Прям завтра?

— А чего тянуть? — хмыкнул он и подал ей свой сотовый: — Запиши мне свой номер. Я тебе пришлю, куда подъехать и кого спросить. Поработаешь пока ассистенткой, бумажки поперебираешь пару часов в день, потом посмотрим.

— А собеседование? — удивленно спросила Наталина.

Соломатин снисходительно улыбнулся:

— Малыш, ну какое собеседование? На ресепшене скажешь, что от меня, тебя проводят, куда надо. Так, дамы, не скучайте, мне надо ответить на звонок.

Он ушел в гостиную, чтобы поговорить без свидетелей.

Наталина вдруг забеспокоилась:

— А если я не смогу…

— Чего это ты не сможешь, — приободрила ее Лера. — Киса, зря, что ли, в универе столько лет отпахала? В твоей работе главное п*здеть с умным лицом, а это ты умеешь.

— Вообще-то, я к учебе относилась серьезно, — почти обиженно сказала Наталина. — Мечтала даже в аспирантуру поступать и писать кандидатскую…

— А чего не поступила?

— Как-то не так всё пошло… — с грустинкой в голосе сообщила она. — Связалась не с тем человеком…

— Ага, потом опять не с тем… Снова не с тем… Я тебя потому с папой и знакомлю.

— Ох, Лера, он такой мужчина, у меня аж дух захватило от его взгляда… — мечтательно ахнула Наталина.

— Видишь, киса, мечты сбываются. Пользуйся моментом. С Альбертом Сергеичем ты не только кандидатскую напишешь, но и докторскую защитишь.

Матвей нажал на дверной звонок и долго не отпускал.

Время было позднее для визитов даже к родной сестре, но отец отправил его разузнать, что случилось. Лера сказалась больной, два дня не появлялась на работе, а сегодня вообще весь день не отвечала на телефонные звонки.

Поняв, что дверь ему не откроют, Матвей достал ключи и вошел в квартиру сам.

Лера была дома. Он понял это по льющемуся из гостиной свету.

— Лер, ты дома? — спросил на всякий случай.

Вдруг Лёха вернулся, и они, соскучившись друг по другу, забыли не только про телефоны, но и про весь остальной мир.

Ответом была тишина, и Матвей прошел в гостиную.

Сестра лежала на диване, укутавшись в плед, и смотрела телевизор. Так ему показалось. Лицо ее было повернуто к экрану, глаза открыты. Увидев брата, она села, натянула плед на плечи и обхватила колени руками.