– Успокойся, - сказала Ви.

– О, Боже, Боже мой!
– Кэсси порывисто вздохнула, почти задыхаясь.
– Это ужасное место!

Ксек сел рядом с Ви, положив ноги ей на колени.

– А чего ты ожидала, Кэсси? Мы в Aду, а не в "Клубе любителей Микки Мауса".

Кэсси подалась вперед, выпучив глаза.

– Ты видел того человека с этими ужасными наростами на лице?

Ксек пожал плечами.

– Фацио-карцинома. Это один из адских штаммов рака. В конце концов, эти опухоли вырастают полными лицами. Они будут читать рэп вместе с носителем.

Кэсси поперхнулась.

– И-и ты видел, что было у пожилой женщины под кожей?

– Ты про кровяных клещей?
– закончил Ксек.
– Да, мы ее видели. В этом нет ничего такого, из-за чего можно потерять форму. В Aду... люди страдают.

Поезд загрохотал дальше, толкая Кэсси на сиденье. Потребовалось некоторое время, чтобы ее тошнота прошла. В окне виднелась одна выжженная земля. В какой-то момент ей показалось, что она видит широкоплечего демона на коне, скачущего на клыкастом коне над людьми, зарытыми в землю по шею. Взгляд дальше показал ей несколько летучих мышей, откусывающих куски от человека, ползущего в грязи, только летучие мыши были размером сo стервятников.

Кэсси быстро отвернулась, но тут ее взгляд упал на какой-то громоздкий предмет под сиденьем.

– Что... что это?

Ксек вытащил его. Он был похож на дорожную сумку.

– Кто-то забыл свой багаж?
– cпросила Кэсси.

– Конечно, - сказал Ксек, когда открыл его.

Кэсси чуть не потеряла сознание, когда увидела, что внутри.

Чемодан был полон отрезанных человеческих кистей и ступней.

Ксек и Ви не могли удержаться от смеха, видя отвращение Кэсси.

– Как мы и говорили, - сообщила Ви.
– Ты привыкнешь к тому, как здесь все устроено, - Ксек на мгновение открыл окно и выбросил дорожную сумку.
– Дадим Грязнулям что-нибудь перекусить.

Раздался стук в окно их купе, затем дверь скользнула в сторону.

– Билеты, пожалуйста, - раздался голос.

Перед ними стоял худощавый пожилой человек, одетый соответствующим образом, в униформу и фуражку, с пояса у него свисала билетная касса.

– У нас нет билетов, - сказал ему Ксек.

Лицо билетера оставалось невозмутимым.

– Тогда давайте деньги Иуды, каждый.

Ксек скрестил руки на груди.

– У нас нет денег.

– Тогда, боюсь, мне придется вызвать Голема, и вы все будете выброшены из поезда, - сообщил им мужчина.

– Погоди, папаша. Позволь мне показать, что у нас есть, - oн открыл бумажный пакет с рыбьими костями и отломил одну-единственную кость от позвоночника. Кость яростно сверкала здесь, яркая, как электрическая дуга. Ксек передал её билетеру.
– Думаю этого должно хватить, а?

– Я... думаю, - мужчина осмотрел крошечную косточку, должным образом впечатленный.
– Не думаю, что я когда-либо видел настоящую кость такого качества. Вы, должно быть, знаете очень компетентного Окостеневшего.

– Я получил её от Санта-Клауса, - сказал Ксек.
– И мы с тобой оба знаем, что эта кость стоит больше, чем ты заработаешь за сто лет, работая на этом дерьмовом поезде. Так как насчет того, чтобы пробить нам несколько железнодорожных билетов и топать отсюда.

– Да. Конечно.

Мужчина быстро сунул кость в карман, затем протянул Ксеку четыре билета с дырочками, пробитыми рядом со строкой, гласившей "Срок годности – бесконечность".

– Спасибо, что выбрали наши железнодорожные линии, - сказал старик.
– Желаю хорошо провести день в Aду.

– И тебе того же, старый хрен, - сказал Ксек, когда мужчина ушел.

Но Кэсси просто сидела и дрожала. Билетер выглядел совершенно нормально, за исключением одной детали. Когда он протянул билеты Ксеку, Кэсси увидела, что его руки превратились в длинные трехпалые когти.

– Жертва хирургии, - объяснила Ви к явному смятению Кэсси.
– Должно быть, его прищемили в отделе трансфигурации. Тератологи[24] Люцифера постоянно экспериментируют на людях. Кожные трансплантаты и имплантаты – некоторые действительно жуткие вещи. В последнее время они принимают людей и делают им переливания крови демонов.

Кэсси, казалось, подавилась этой информацией.

– Но разве это... разве это не убьет их?

– Нет, - заявил Ксек.
– Но это чертовски их портит. Помни, человек не может умереть здесь по-настоящему. Только когда духовное тело полностью разрушено, душа переходит к низшему существу.