— Тренер, это жестоко, — посетовал Роксан.

— Линси, по-моему, ты запамятовал, какой я на самом деле душка.

— Вы сейчас и снаружи очень даже душка. — Без сомнения, Роксан намеревался сделать тренеру комплимент, однако сказанное заметно задело Тараса — он аж рыкнул с досады.

— Может уже начнем тренировку? — Ровен с силой ударил ладонью по мячу. Резво повернувшись, он запустил руку за спину и, не глядя, поймал его. — Треп, треп, треп. Развели базарные бучи. Что мне сделать, чтоб вы заткнулись?

— Сделал уже, шельмец. — Тарас подошел к Ровену и протянул руку. Демон нехотя передал мальчику мяч. — Скальный мне все рассказал: и как вы на пару с Линси тут без меток скакали, и как Стопроцентными по первокурснице шарахнули. Девчонка-то жива?

— У нее спросите.

— В смысле?

— Жертвой их идиотизма стала наша Теньковская, — пояснил Грегори.

— Нам очень жаль, — заверил Роксан.

Тарас оглядел Аркашу с неприкрытым изумлением.

— Это ты? Неужто последовала в эту секцию за Шарора и Линси, чтобы добавки получить? Мазохистка?

Всеобщее пренебрежение — возможно, не целенаправленное, но не ставшее от этого менее обидным, — стало уже порядком утомлять Аркашу.

— Я пришла, чтобы играть в баскетбол... нет, в чарбол.

— Прости? — Тарас повернулся к ней всем корпусом.

— Я не хочу быть менеджером. Я хочу играть в чарбол. В команде.

Мяч выпал из тренерских рук. Апельсиновый кругляш был тут самым непредвзятым. Понятное дело: ему все равно, кто будет гонять его по площадке.

— Девочка, не шути со старым больным эпилептиком. — Тарас, отдуваясь, словно после сложного заплыва, похлопал себя по щекам.

— Ха-ха. — Ровен прищурился. Если раньше он и полагал, что в башке девчонки все же есть в наличии малые зачатки серого вещества, то сейчас разуверился в этом окончательно.

— Теньковская, ты извини, но это неудачная тема для шуток, — укорил ее Грегори.

— Я вовсе не шучу. — Аркаша отчего-то почувствовала себя до безобразия спокойно. Состояние, созданное из смеси крайнего страха, отчаяния и малюсенькой доли равнодушия. Состояние, которое в любой момент могло плавно перейти в истерику. Но тетя Оля никогда не позволяла Аркаше истерить. Слезы, стенания, жалобы — все было под запретом. И со временем это состояние, так ни разу и не перешедшее в стадию слез и криков, при которой человек обычно избавляется от душевного груза и тревог, для Аркаши превратилось в форму слегка отупелого хладнокровия. Именно в этом состоянии она, слушая оглушающие трели дверного звонка и зная, что на пороге вот-вот появится Инесса Бобруйская с ее извечным бланком акта о проверке жилищных условий опекаемого, пихала в рот валяющейся на диване Ольге Захаровой дольки чеснока, чтобы скрыть запах перегара, а затем с жалобной мордашкой оповестить специалиста опеки о том, что ее обожаемая тетя слегла с простудой.

— Зефиринка... — Роксан, не находя слов, прижал кошачьи уши к голове.

— Теньковская, сбрендила? — Грегори, похоже, больше не собирался церемониться с новенькой. — Если это какой-то неведомый девчачий каприз, то давай прекращай.

— Кэп, теперь ты мне веришь, что я не безосновательно долбанул ее Стопроцентными? — поинтересовался Ровен, кидая в сторону Аркаши презрительные взгляды.

— Теперь мне кажется, ты слишком сильно ее долбанул!

— Может, она просто не представляет на что пытается подписаться? — выдвинула предположение Шани. — Эй ты, здесь принцип таков: они носятся по площадке и лупят друг друга без разбору.

— Не утрируй. — Грегори нервно поправил очки.

— А в чем я не права? — Шани закрыла книгу и в порыве чувств стукнула ею по своим коленям. — Вы все еще не убились только потому, что дуракам до жути везет. А эта... да ее расплющат! Наступят и не заметят. Да вы сами и раздавите!

Очень нервирует, когда окружающие разговаривают о тебе так, словно тебя нет рядом. Аркаша насупилась.

— Она тупая, поэтому уж точно не доперла до этого, — уверенно заявил Ровен.

— Думаешь? — Тарас, о чем-то размышляя, оглаживал пальцами подбородок.

— Отказ в принятии меня в команду можно будет расценивать как факт дискриминации. По какому признаку — решайте сами, — холодно сообщила Аркаша. — Локальные акты университета исключают всякие проявления дискриминационной и иной направленности, нарушающие мои права как учащегося.

На самом деле Аркаша не знакомилась с локальными актами КУКУО, но предполагала, что такие имеются. А уж ей, начавшей почитывать нормативноправовые акты раньше запоминания таблицы умножения, не составило особого труда провести аналогию с законами обычных людей и предположить принцип работы существующей и в волшебном мире системы правил.

— А она не глупа. — Губы Тараса искривила усмешка. Столь открытый шантаж, похоже, не только позабавил его, но и помог принять определенное решение. — Будь по-твоему.

— Чего? — Выглядело так, что еще чуть-чуть и Ровен начнет извергать пламя от ярости. — Зачем она нам? Будет бельмом на глазу? Под ногами мешаться?

— Тренер, Каша не кажется сильной. — Доселе помалкивающий Джадин переместился с ноги на ногу, чиркнув подошвами кроссовок по полу. — Ненавижу слабаков. Я могу смять ее в маленький комочек одной рукой.